Книга Ставь на единорога, страница 89 – Наталья Филимонова

Посмотреть было на что: изрядная часть верхнего этажа обрушена внутрь. Если присмотреться, можно заметить, как по разрушенной части здания медленно и осторожно передвигаются человеческие фигурки. А если надеть гогглы, станет видно еще и целую сеть заклинаний, буквально опутывающих факультет. Одни не дают зданию продолжать рушиться, другие консервируют все, что осталось под развалинами, третьи помогают искать зацепки и улики. Рабочих сюда пока не пустили – все-таки моя семья и наш замечательный адвокат не дали свернуть расследование.

— Все мои предложения остаются в силе, – поворачивать голову к собеседнику я не стала.

— Разве вас не отстранили от работы? – он изумленно вскинул брови и наконец оглянулся на меня – это я заметила краем глаза.

— Только от преподавания – и временно, пока ведется расследование. Я все еще числюсь в штате университета, да и магической лицензии у меня никто не отнимал. В конце концов, даже если мне не найдется места в лабораториях других факультетов, есть то, чего у меня не отнимет никто, – я все еще Морриш. При необходимости я могу арендовать и оборудовать собственную лабораторию. И даже созвать независимую комиссию для вашей экзаменовки – хоть с Алесских островов пригласить. Это обойдется дорого, но семье Морриш вполне по силам. Надеюсь, впрочем, что до этого дело не дойдет. Так или иначе, я держу свои обещания и всегда выполняю взятые на себя обязательства. А вы?

Мастер помолчал несколько мгновений.

— Агнешка была на осмотре, – сообщил наконец он – будто без всякой связи с предыдущим разговором. – Ей не нравится в клинике. Но целитель предложил оставить ее для дополнительного обследования. Какие-то у него там… неясные результаты.

Я молча кивнула. Пусть. Если я права и девочка может начать болеть из-за полученной когда-то порции ядовитых испарений, чем раньше начнется лечение, тем лучше. К тому же это даст повод раньше инициировать новое расследование по тому “фабричному” делу. И, возможно, спасти чье-то еще здоровье.

— А скажите мне, кэр Сабо, – я наконец повернулась и встретилась взглядом с разноцветными глазами, – работая над своими изобретениями, вы ведь не действуете наобум, не так ли? Вам приходит в голову идея, вы ищете пути решения задачи… как это происходит?

— Не понимаю вопрос, – он нахмурился.

— Ну… вы ведь не просто крутите магические потоки в разные стороны, пока что-то не получится, не так ли?

— Разумеется, нет, – фыркнул мужчина. – Я ищу решения исходя из тех же магических законов, что и все. Смею напомнить, я почти доучился в университете и немало занимался самообразованием. Я комбинирую разные магические печати, ищу возможности их упрощать или объединять, создаю новые на основе известных принципов… к чему вопрос?

— Я так и думала, – я раздумчиво кивнула.

В целом, я уже поняла это, мне нужно было только подтверждение. В этом и разница между изобретателем-практиком и теоретиком-исследователем: первый создает что-то новое, исходя из известных принципов магии и границ возможного. Второй – пытается раздвинуть эти границы и нащупать невозможное.

Дорин Сабо – несомненно, талантливый и даже, возможно, гениальный изобретатель. Но ему едва ли пришло бы в голову пытаться расщепить магический поток или сделать его самовосстанавливающимся – просто потому что все известные ему законы магии говорят, что это невозможно. Если бы кто-то поручил ему создать сверхмощную военную магическую установку, способную уничтожать целые города, он создал бы, вероятно, конструкцию вроде той, что в настоящем времени еще используется для обеспечения безопасности дирижаблей – то есть состоящую из множества узлов и печатей, на поддержание которых нужны усилия нескольких сильных магов одновременно. Кто-то должен был дать ему этот самый новый принцип, на основе которого работала “черная паутина”.