Онлайн книга «Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе»
|
И я рассказала. Не вдаваясь в особенные подробности, просто вкратце поведала историю своей жизни, продемонстрировала в доказательство кое-какие способности. Все как обычно. И Лешка… не убежал. И точно не испугался. Он глубоко задумался, слегка отстранившись от меня. Я терпеливо ждала. — Слушай, – проговорил он наконец, – я одного не понял. Сколько же тебе лет на самом деле? Я сообщила. Лешка изумленно потряс головой. — Триста… триста с лишним! Это же… это… так ты же – старше моей мамы! – вот теперь он смотрел на меня почти с ужасом. — Хм… да, пожалуй. То есть наверняка. Если считать в годах. Но у нас другие представления о возрасте. И вообще… — То есть ты помнишь… ну, Брежнева, Сталина? Ты… да ты царя, наверное, помнишь?! — Ага. Вообще-то не одного. Да в общем – какая разница? Это же все равно я. И мы можем пожениться. Я никак не могла взять в толк, что его смущает. Честно говоря, вот никогда я не пойму всех этих человеческих заморочек с возрастом. В паре всегда кто-то старше, а кто-то младше. Ну потому что мы же не выбираем, когда нам родиться, верно? Ну и что теперь, если кто-то поспешил или опоздал? Вот, например, как быть, если, скажем, парню – лет 20, а мне – 200 (ладно, ладно, это для примера. Вовсе я не моложусь!). Казалось бы, я старше преизрядно и он мне вовсе не пара. А с другой стороны… Например, в нашем роду все живут по три жизни. И мы сохраняем свое тело, возраст и память. А люди – не сохраняют. И сколько жизней кому назначено – никто не знает на самом деле. Человек рождается столько раз, сколько понадобится, чтобы выполнить что-то, что нужно от него миру или создателю. Кто-то в одну жизнь уложится, кому-то двадцати не хватит. Выбрал человек не ту дорогу на развилке – все, пиши пропало, так и живет чужой жизнью, пока не приведется все сначала начать. Память тела уходит, но остается память души, и мудрые души, начиная с чистого листа, не повторяют прежних ошибок. Хотя есть и те, кто бесконечно ходит по одним и тем же граблям, снова и снова. Да, впрочем, и задачи у всех разные, простые и сложные… Так вот и выходит, что иной раз встретишь человека – вроде бы и младше он тебя на годы или десятилетия, а душа его старше на много столетий и много жизней. И все равно никогда ты не узнаешь этого наверняка. Так что возраст – понятие очень-очень относительное. Просто нет в нем вообще почти никакого смысла. По крайней мере, не тот, что вкладывают в него обыкновенно люди. К слову, я в своем роду считаюсь… хм, не совсем совершеннолетней. И от возраста это никак не зависит. Просто я еще не умирала ни разу. Но, как бы там ни было, в глазах людей возраст часто действительно много значит. Иногда разница в какой-то десяток лет может показаться кому-то фатальной. Что уж говорить о моих сотнях… Лешка тяжело вздохнул. — Ну… понимаешь… – он опустил глаза. – Ведьма там, Баба Яга, вот это все – это ничего, это бывает. Но вот то, что ты старше моей мамы и Брежнева помнишь – это… ну нет, я как-то не готов… Он беспомощно поднял на меня глаза, и я все поняла. * * * — Ну, знаешь, – Жюли смотрела на меня с осуждением, – вот об этом lavette[5] бы я точно не стала жалеть. И об этом baiseur[6]… как его, Максе? На кой тебе сдались эти неудачники? — Подожди, – остановила ее Арису, – так все дело в дурацком розыгрыше? Он что, так и не помирился со своей Алиной? |