Книга Медвежье сердце, страница 108 – Елена Михалёва

Веллана Адлер заерзала на своем месте, хотела что-то сказать, но ее опередил Верховный Понтифик Велитар.

— Я никогда не стану говорить за Чистую тьму, но мне дано молвить от лица нашего темного бога, – мужчина гордо выпрямился, зашуршав одеждами. – Вас еще не ждут ни в одном из чертогов Unum Deus. Тень не придет за вами ни этой ночью, ни в последующие. И не будет в городе души, пожелавшей предать нечестивой воле своего главного заступника.

— Истина! – протяжно завершил за него Верховный Понтифик Фаррон, с почтением склоняя голову.

А ректор Академии вдруг коротко фыркнул, нарушив всю пафосность момента.

— Конечно его никто не предаст, – Авериус Гарана развел руками. – Что за чушь? Он наш Император. Без него вся Империя развалится, а город и подавно падет. Но давайте мыслить здраво. Мы разослали птиц, чтобы экстренно вызвать поддержку отовсюду, откуда только можно. Да, мы поставим щиты. И пока мы все будем на стенах заниматься их поддержанием, вы, друзья мои, будете молиться богам как никогда рьяно. Потому что если я не увижу на ваших лбах мозолей к утру, то искренне обижусь, клянусь. Ибо рассвет – наш единственный козырь. Солнце ослабит армию Толверта. Оно заставит проклятых спрятаться. Но у него останется его реликт и еще уйма народу из числа тех, кому дневной свет не помеха. Сил у нас действительно мало, чтобы дать отпор. Даже с учетом всех адептов, клевретов, паладинов, городской и храмовой стражи, – ректор пригладил свою короткую бородку. – Я умею здраво оценивать ситуацию. Но сейчас мне бы хотелось понять, на что конкретно мы надеемся.

— На одного молодого импери, мой друг, – прозвучал спокойный ответ Салдора Септиана.

Иврос Норлан дернул бровью. Быть может, ему почудилось? От недосыпа и зудящего ощущения скорой опасности его слух повредился? Или разум затуманился?

На него смотрели все, даже бледная Алиссана Тарнен, которая мечтала провалиться сквозь землю как можно скорее.

А Император с невозмутимым видом продолжал:

— Ты можешь решить, что я спятил и требую невозможного, но вся надежда на тебя, на молодого импери. Поэтому если ты искал способ показать себя как лорда-протектора всея Империи, то вот он. Помоги мне защитить город, Иврос, и эта должность твоя.

Норлан нахмурился. Нет, он не ослышался. Все говорили серьезно, и Салдор Септиан исключением не был. Он искренне ожидал, что Ив сможет оказать содействие в защите столицы.

Но Идарис не был похож на Нордвуд. Ни дремучих лесов, ни знакомого зверья. Ни единой родной песчинки под ногами.

— Это не моя земля, – Норлан опустил голову. – Я здесь чужой и не имею ни малейшего понятия, что мне делать.

Салдор Септиан встал со своего места, сделав жест рукой, чтобы никто не поднимался вслед за ним. Неторопливой походкой утомленного человека он подошел к дверям на балкон. С его приближением створки распахнулись, впуская в помещение гул. Император стоял спиной к собравшимся, скрестив руки сзади, и слушал. Напуганный город гудел, как пчелиный улей.

— Если именно мы с тобой не выстоим, тогда все население Идариса умрет в муках этой ночью, – его голос звучал жестко. – Пора отпустить медведя и дать волю тому, кто живет в твоей крови.

— Чем я могу быть полезен? – осведомился Иврос. – Вы гораздо мудрее, сильнее и опытнее.