Книга Тами. Трудное счастье, страница 43 – Виктория Ян

Казалось, сама судьба против нашего воссоединения. Я устала от покушений, ненависти его приближенных. Пусть разбирается, а пока я в это осиное гнездо ни ногой.

Неужели Тами настолько неугодная для всех невеста? Я уже раздумывала о грядущей свадьбе, может отложить ее до тех пор, пока мой жених не наведет порядок у себя в герцогстве? Мои подруги были в шоке от случившегося. Мы сразу поехали на природу, потому что нужно было снять нервное напряжение. Охрана от нас не отходила.

— Я хочу поплавать. Мне всегда это помогало. Поедем в Сьюне.

Это была небольшая деревушка вблизи моего дома. Жители ее жили тем, что организовали немудреный отдых для среднего класса. Там были огороженные морские купальни с пляжем и домиками для отдыха. Нам оседлали коней и скоро мы уже были на месте. Я плавала, как рыба, это доставляло удовольствие и расслабляло. Девушки не заплывали так далеко. Стало легче.

— Завтра обязательно повторим! Давно хотелось поплавать, но не получалось.

Подругам тоже полегчало, мы скакали домой с развевающимися волосами, голодные и довольные. Известий от Руса не было, да, мы и не ждали их так скоро. Заснула легко, но мне приснился кошмар. Меня, связанную, мучит жажда, но никто не дает пить. Какие-то мерзкие рожи насмехаются надо мной, велят лежать тихо, один даже пинает. К счастью быстро проснулась. Очень хотелось пить, кувшин с водой на тумбочке я осушила одним махом. Думала уже не усну, но сон сморил и проснулась я, когда уже светило солнце.

От неспокойного сна ощущала не то, чтобы разбитость, но неприятную слабость. Позавтракаем и плавать. Срочно. Смыть с себя все наносное – сон, покушения, все. Вода приняла меня в свои объятия и я поплыла вольно, размашисто. Потом легла на спину и отдалась волнам, почти задремав. Сильный рывок вниз застал меня врасплох. Я наглоталась воды. Меня снова утянули под воду и быстро поволокли куда-то. Сознание померкло.

Ужасно тошнит, кто-то силой выдавливает из меня воду, она вырывается потоками с кашлем, отплевыванием, слезами. Сил нет ни на что. Меня бросили валяться. Еле подняв веки, я вижу своды пещеры и слышу голоса.

— Может утопить и дело с концом?

— Нет, сказали должна страдать. Ночью погрузим в лодку и на корабль, дальше не наше дело.

Я не вижу говорящих, но их разговор наводит на меня страх. Что же за фатум такой роковой? За что? Понимаю, что вот-вот умру.

— Воды, - хриплю я, облепленная песком, рядом с тем, что выплюнула.

— Не напилась, падаль, - кто-то пинает меня ногой.

На лицо мне льется струя воды, я судорожно ловлю ее ртом и глотаю. Мои мучители отходят в сторонку, но я слышу, как они обсуждают, не провести ли им со мной время.

— Не, я брезгливый. После такого не встанет. Ее отмывать надо, лень.

Хороша же я сейчас, наверное. И хорошо, пусть брезгуют. Сознание возвращается рывками, я то ухожу в темноту, то возвращаюсь в этот кошмар. Становится темно и холодно.

— Прикрой и хлеба кинь, чтоб не сдохла раньше времени.

Мне кидают кусок хлеба, он в песке, но я впиваюсь в него и долго жую, медленно глотая. Горло саднит. На меня сверху летит что-то, накрывает, и становится теплее. Кто-то поднимает на руки и почти бросает в лодку.

— Вы чего ее тут вдвоем пользовали до полусознания? – раздается веселый голос.