Книга Демон отчаяния для разведенки, страница 116 – Нина Матвеева

Лера умолкла и, прикрыв глаза, с усилием потёрла переносицу. Вся эта речь изначально предназначалась для Берта, но пока она говорила, уже и сама погрузилась в сомнения.

Хотя её собственные сомнения сейчас были не так важны. Это ведь не ей придётся в корне поменять свою жизнь.

— Мы можем это проверить, — раздался голос Берта после паузы. Лера подняла на него взгляд и замерла. — То, что касается физического, очень легко проверить.

— Я говорила в общем, а не конкретно…

Она резко умолкла. По лицу Берта было трудно понять, о какой именно проверке он говорил. Не мог же он, в самом деле, предложить ей…

Когда Берт протянул Лере руку, она всерьёз забеспокоилась. Взгляд непроизвольно заметался по огромной комнате, скользнул по стене до двери и обратно.

Что, прямо здесь? На глазах у нарисованного Асмодея?

— Я не…

— Нет, Лера. Я не настолько демон. — Берт выразительно выгнул бровь и поманил её к себе. А затем с едва различимой усмешкой добавил: — И мне тоже не нравится этот портрет.

В ответ у Леры вырвался один единственный глупый смешок. Этот жест, которым Берт только что позвал её, и интонация, с которой он произнёс её имя, отозвались в сердце сладким замиранием. Лера поднялась на ноги, сделала пару шагов навстречу. Её пальцы легли в его ладонь, а мгновение спустя вся она оказалась в кольце его рук. Последний маленький шажок показался ей шагом в бездну. Дыхание сбилось, по коже рассыпались мурашки, и Леру целиком окутал дразнящий запах дыма.

Она ошибалась. Берт пах совсем не так, как другие демоны. В его запахе было что-то тёплое и пьянящее. Лера подалась вперёд, чтобы почувствовать его лучше. В этот же момент его рука проскользила по её спине вверх и легла на затылок.

Его лицо было совсем близко. Серые глаза, светлые ресницы. Губы, которые, кажется, вообще не умели улыбаться. Ещё один шаг в бездну.

Первое прикосновение вырвало у неё тихий стон предвкушения. По позвоночнику пробежал чувствительный импульс; Берт настойчиво запрокинул ей голову, и весь мир будто провернулся вокруг своей оси. А Лера осталась на месте, пойманная в плен сильных рук и неспешных касаний, каждое из которых, кажется, достигало самой её сути.

Её руки осмелели, скользнули вверх по его груди, к шее, и пальцы наткнулись на что-то твёрдое под мягкой тканью свитера. Что-то, чего там точно быть не должно.

В тот же миг Берт замер. Затем отстранился с привычным непроницаемым видом. Лера потянула ворот свитера вниз и увидела тёмную цепь из грубых звеньев, плотно охватывающую его шею. Как ошейник. Кожа под ней была покрасневшей и воспалённой.

Внутри всё оборвалось.

— Что это? — шёпотом спросила Лера. Берт не ответил, но перехватил её руки. — Это из-за меня?

— Это не важно.

— Как это не важно?

— Лера, — Берт взял её лицо в ладони, заставляя посмотреть ему в глаза, — сейчас это правда не важно. Я избавлюсь от этой штуки.

Его голос звучал уверенно, и Лера немного выдохнула. От бережных прикосновений тоже становилось спокойнее.

— Не сомневайся больше, — снова заговорил Берт. — Я не знаю, что случилось с твоим отцом. Может быть, он просто не справился со своей стихией, и она его победила. Я знаю только, что если ты примешь меня, то я справлюсь.

Сердце пропустило несколько ударов разом. Всё, что смогла сделать Лера, — это коротко кивнуть.