Книга Охота на бронзовую кисть, страница 15 – Анна Пожарская

Нырнула в полупустой вагон метро и уселась на одиночное сиденье. Часы на руке раздражали неимоверно, хотелось сдернуть их и выкинуть куда-нибудь подальше. Лада осторожно потеребила браслет и снова попыталась расстегнуть застежку. Ничего не вышло. Вздохнула, успокаиваясь, и прикрыла глаза. На следующей станции зайдет много народу, а ей совсем не хочется никого видеть.

Кажется, впала в полудрему. Все происходящее вокруг лишилось четкости и стало походить на сон. Лада слышала мужской голос, объявляющий станции, стук дверей, гул зашедших в вагон пассажиров, чей-то смех, недовольное ворчание и стук колес. А потом по шее пробежался холодок, будто кто-то невидимый тронул ее ледяной рукой. Лада испуганно оглянулась, но увидела только окно без форточки и темноту туннеля.

Подняла воротник джинсовки и снова прикрыла глаза. К привычным звукам примешался шершавый, пробирающий до костей шепот. Как ни старалась, Лада не разбирала слов, но отчего-то с каждым новым мгновением речи холод вокруг становился все ощутимее. Открыла глаза и посмотрела на стоящего рядом с сидением молодого человека в огромных наушниках. На миг спрятала лицо в ладонях и вздохнула: наверное, у соседа слишком громкий звук, вот и мерещится всякое. Сейчас придет домой, выпьет чаю и прогонит все лишние мысли и детские страхи. На этой ветке всегда было холодно и шумно, а у нее, Лады, и без того стресс…

На улице, к счастью, хоть и веяло вечерней прохладой, было еще тепло. На деревьях чирикали птахи, рядом шумели машины, и Лада окончательно успокоилась. Похоже, расставание с Сергеем просто играло злую шутку с ее нервной системой. Он говорил, что не любит метро, а ее мозг подсознательно отыскал причину. Если так дальше пойдет, в следующий раз в поезде у нее начнет темнеть в глазах и будут дрожать конечности.

Открыла дверь ключом и, стараясь не шуметь, проскользнула в коридор. Не помнила, есть ли у бабушки сейчас урок. Сняла куртку и кроссовки, подняла голову и вздрогнула. Родственница стояла в двух шагах и выглядела чернее тучи.

— Что случилось, ба? – поинтересовалась Лада осторожно. – На тебе лица нет.

Последний раз она была так расстроена, когда ее лучшая подруга попала в больницу с подозрением на инфаркт.

— Я на минуту только отошла, – сообщила она вполголоса и как-то беспомощно развела руками. – И дверь закрыла. Кто ж знал-то…

Лада нахмурилась. Ничего не понимала.

— Бабуль… – она приблизилась, обняла родственницу и поцеловала в щеку, – давай по порядку. Главная мысль какая? Все живы?

— Нет. Не все.

Лада почувствовала, как внутри сжался в комок и тут же подрос липкий неприятный страх.

— А подробнее, – попросила хрипло, мысленно прикидывая, какая потребуется помощь, если ушел из жизни кто-то из бабушкиных подруг.

— Прости, пожалуйста, не уследила, – женщина тяжело вздохнула. – Трактор потрепал Желтка. Съесть не успел, я не дала, но это уже не помогло. Не знаю, как клетку открыл. У меня как раз урок закончился и я в туалет убежала. Вернулась, а в комнате… Так жалко… Хорошая птичка была, звонкая.

— Господи, ба! – с облегчением выдохнула Лада и поспешила обнять собеседницу. Нет, ей тоже было жалко Желтка, но его смерть была не самым страшным из нарисованного изображением. – Пойдем отругаем Трактора, потом нальем чаю и подумаем, что делать с трупиком пташки.