Книга В шаге от любви, страница 5 – Вероника Крымова, Ирина Коняева

Слёзы потекли ещё активнее, я начала всхлипывать, утирать нос. А время утекало безвозвратно и следовало поторопиться домой. И желательно в нормальном, не заплаканном виде!

Единственный человек, которому я могла показаться в таком состоянии, полностью растоптанном, разрушенном, пустом и бесконечно печальном, — это Белка. Точнее, Варвара Белкина, моя лучшая подруга, жилетка для слёз, соучастница приключений и собутыльница при необходимости. Хотя в нашем случаее, скорее, сочаёвница. С алкоголем мы никогда не дружили, больше пили разные вкусные чаи.

Точнее, дружить–то дружили, да только Белка и в трезвом виде — ураган в юбке, а уж после бокала шампанского и вовсе превращалась в масштабное стихийное бедствие, от которого нет спасения, вроде цунами или лавины какой.

Белка ответила так быстро, словно только и делала, что смотрела на телефон в ожидании моего звонка. Я тут же заревела как корова, с Варенькой–то можно расслабиться, не стесняться. Да и, признаюсь, на посетителей кафе и официантов мне сейчас было совершенно параллельно.

Варя, конечно, ни словом меня не упрекнула, а за то, что сказала «У него ребёнок от любимой женщины!» я бы и вовсе её расцеловала, будь она рядом. Настоящий друг, всегда поддержит, никогда не осудит, даже если будет, за что. Моя каменная стена.

А Костик… До чего слепа я была? Ведь все родные и близкие, все, кому доверяла, и Белка, и мама неоднократно прямо говорили, что он маменькин сынок, юбочник и жить мы будем под её круглосуточным круглогодичным присмотром, ещё и по её рекомендациям и советам.

А я думала, всё изменится! Сперва — что мы поженимся и она отстанет. Затем — что появится ребёнок и она сменит гнев на милость. Фигушки!

После разговора с подругой я неожиданно легко взяла себя в руки. Настроение, конечно, не поднялось до уровня «веселье и радость», но жизнь определённо перестала казаться унылой, пресной и серой.

Друг познаётся в беде. Вот и Белка… Нет, я, конечно, всегда знала, что лучше неё и не сыщешь, но сейчас как–то по–особому поняла и приняла её поддержку. С такой подругой не пропадёшь.

Ну и что, что муж — козёл? Зато у меня есть замечательная семья, куда входит и Варвара Викторовна, пусть и не родная по крови, зато по духу — роднее всех родных! А ещё у меня есть сын. Мой сын. И фамилию ему сменю из принципа. Не хочу, чтобы он имел что–то общее с отвратительной и гадкой семьёй Корбут. Он мой и только мой.

Белка, правда, настаивала, что стоит найти его биологического отца и сообщить, но я, признаюсь, не была так уверена в необходимости подобного шага.

А ведь какая–то женщина могла родить ребёнка от Костика!

Мысль ошарашила. Если перепутали материал, может, ещё одна семья в беде. И я обязана разобраться во всём и помочь им.

Домой к маме приехала с тортиком и улыбкой на лице, но мама — это мама, потому сразу усадила меня на кухне, налила чаю и потребовала: «Рассказывай, почему на тебе лица нет».

Пока сын спал, я рассказала ей новость века и даже не зарыдала ни разу. Видимо, ниагарский водопад иссяк ещё в кафе и новые запасы воды ещё не поступили.

— Варя сказала, что мы обязаны найти отца ребёнка и сообщить ему. Не важно, какое решение он примет, но это будет честно. Я ещё подумала, что, наверное, стоит сообщить и той паре, которая попала так же, как мы. Как думаешь, мам?