Книга Запретный поцелуй. Тайна дебютантки, страница 87 – Вероника Крымова

Где же она? Куда её унесло?

Эйден огляделся по сторонам. Его магия ощупывала каждый куст, изучая пространство словно невидимые щупальца. Наконец, он почувствовал её. Шкатулка оказалась за сломанной веткой. Маг направил заклинание, чтобы притянуть её к себе, но в этот момент раздался женский крик.

Он повернулся на зов и замер. Кентор стоял рядом с несчастной горничной. Вокруг её шеи обвивался ледяной кнут, острые хрустальные грани которого впивались в нежную кожу, оставляя тонкие линии крови. Белоснежный воротничок её платья уже окрасился багряными пятнами.

— Мне нужна шкатулка, — раздался глухой, словно нечеловеческий голос из-под капюшона.

Эйден сжал зубы, его сердце бешено колотилось. Больше всего на свете ему хотелось сорвать этот капюшон, посмотреть в глаза врагу и навечно их закрыть.

— Что в ней? — выкрикнул он.

— А ваш отец не рассказал вам, ваша светлость? — усмехнулся незнакомец.

Эйден нахмурился.

— Откуда ты знаешь, кто я?

— Догадался, — произнёс тот с издёвкой. — А вот вы, похоже, не знаете ничего. Что ж, это к лучшему. Останетесь живы, если перестанете совать нос туда, куда не следует.

— Кто тебя послал?

Кентор слегка наклонил голову, будто раздумывая, но молчал. Маг понял, что был прав. Этот убийца действовал по приказу, и даже если он умрет сегодня, это ничего не изменит. Не сейчас.

Ледяной кнут сдавил шею девушки сильнее. Она дико закричала, захлебываясь от страха. Чувство вины пронзило Эйдена, точно лезвие. Он ослабил магию притяжения, и шкатулка, подхваченная ледяным ветром, легко скользнула в руку врага.

— Правильное решение, — сказал убийца, его голос звучал почти удовлетворённо. - Зачем нам лишние смерти.

Незнакомец ослабил хватку, и горничная сдавленно вздохнула, рухнув на колени. Она прижала руки к израненному горлу, тихо рыдая, а кровь тонкими ручейками текла по её пальцам. Кентор не обратил на неё внимания. Его интересовала только шкатулка.

Он попытался открыть её, но крышка оказалась заперта. Слабая искра магической защиты пробежала по её поверхности. Тогда флея снова зазвучала, её пронзительные ноты вызвали поток магии, направленный на замок. Тот заскрипел, покрылся инеем и с тихим треском рассыпался в пыль.

В этот момент Эйден решился. Он собрал всю энергию, что мог, и обрушил её мощным потоком на врага. Кентор был сбит с ног. Рядом треснул уличный фонарь, а крохотное пламя его светильника вспыхнуло, разрастаясь в яркий огненный фаервол. Стена огня рванулась вперёд, обжигая врагу одежду и оголяя часть его окутанного магией тела.

— Я заберу это, — мрачно произнёс Эйден, вытягивая руку. Шкатулка начала подниматься с земли, словно привязанная невидимыми нитями энергии.

Но враг не сдавался. Ледяной поток снова устремился к магу, ослабляя его концентрацию. В этот миг треснул второй фонарь, и новый фаервол, подхваченный магией, взметнулся вверх. Он обрушился на врага, охватив его пылающими языками огня.

Шкатулка подлетела в воздух от силы взрыва. Эйден почти коснулся её, но противник не дал завершить манёвр. Враг направил мощный импульс холода прямо на шкатулку, замораживая её на лету. С громким звоном она рассыпалась в белоснежные искры, исчезнув навсегда.

Эйдена отбросило на землю. Он упал на спину, тяжело дыша, его тело пронзила волна боли. Когда он поднялся, враг уже исчез. Ни шкатулки, ни кентора — лишь потрескавшийся лёд и заледенелые цветы напоминали о битве.