Книга Укрощение строптивого эльфа, страница 20 – Арина Алексанова

Эта девушка — очень коварна, с ней надо быть начеку. Только теперь по другой причине. Прежде, я боялся, что она замыслила нечто подлое в отношении меня, теперь я боюсь, что ее присутствие рядом со мной, угрожает моим эмоциям и чувствам, над которыми я стал терять контроль.

Сегодня близилась холодная ночь. Я чувствовала это всей кожей. Холод пробирал до костей, но не так, как голод, который терзал меня последние дни.

Когда настало время для ужина, и нам принесли еду, я уже не ожидала ничего, кроме отвращения. Но то, что оказалось перед нами, было… удивительным. Кости. Не просто кости, а какие—то крупные, с остатками мяса, которые мы с Аранионом с жадностью обглодали, пока не остались одни лишь гладкие поверхности. Вкус был диким, первобытным, и я чувствовала, как силы возвращаются ко мне с каждым куском.

Естественно, перед трапезой эльф поменял наши тарелки, с недоверием поглядывая на меня. Тоже самое он проделал и с нашими напитками.

— Вряд ли они зайдут в одну реку дважды, — заметила я, намекая на то, что Гарольд не будет повторяться. — Он скорее придумает что-нибудь другое, более изощренное.

— Я готов ко всему. Я все еще не знаю, какие цели ты преследуешь, но тебе не удастся проникнуть ко мне в душу.

— Это я поняла. Ты охраняешь ее также, как и свое целомудрие.

Аранион нахмурился. Складки на его лбу стали более грозными, чем раньше, напоминая тучи перед сильной непогодой.

Я пожала плечами и взяла в руки стакан с напитком. Он был густым, темно-янтарного цвета, с ароматом, который я не могла точно определить — что-то среднее между лесными ягодами и пряными травами, с легкой горчинкой, которая приятно покалывала язык. Я сделала глоток, и тепло разлилось по телу, снимая напряжение и страх. Это было не просто утоление жажды, а настоящее исцеление.

Удивительно, что Гарольд решил так расщедриться. Решил, после «кнута» угостить нас «пряником»? Но бдительность Араниона ему не усыпить. Эльф всегда находился в напряжении. Я снова почувствовала угрызения совести.

После ужина Аранион поднялся и подошел к окну. Он молча смотрел вниз, туда, где внизу, в тусклом свете факелов, кипела работа. Я проследила за его взглядом.

Гильотина.

Огромное, зловещее сооружение из темного дерева и сверкающей стали. Ее лезвие, казалось, было заточено до немыслимой остроты, и оно медленно, неумолимо поднималось и опускалось в тренировочных движениях, словно предвкушая свою кровавую жертву. Его.

Я почувствовала, как сердце сжалось в груди. Страх, который я так старательно гнала прочь, вернулся с новой силой, ледяной волной окатывая меня.

— Они думают, что могут сломить меня, — прошептал Аранион, его голос был низким и хриплым, словно он говорил с самим собой. — Что я буду ждать своей участи, как овца перед бойней….

Я поджала губы, не в силах произнести ни слова. Мои пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони.

Аранион повернулся ко мне, и в его глазах я увидела отражение той же безысходности, что терзала меня. Но вместе с тем, там была и искра, упрямая, непокорная.

— Но я ведь не животное! — в голосе Араниона появилась сталь.

— Конечно, нет! — воскликнула я в ответ.

Он слегка улыбнулся, но эта улыбка не достигла его глаз.

И в этот момент, глядя на повелителя эльфов, на его сильные руки, на его гордую осанку, на его стать, я не видела в нем пленника. Я видела в нем великого правителя и смелого мужчину. И то и другое восхищало меня.