Книга Укрощение строптивого эльфа, страница 26 – Арина Алексанова

Я знала, что это неправильно. Знала, что нарушаю все законы, все моральные принципы. Аранион возненавидит меня за содеянное.

Но что мне оставалось? Гарольд не оставил мне выбора.

Я подошла к Арариону и осторожно коснулась его щеки. Его кожа была теплой и гладкой. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, собрать всю свою силу воли. Я должна была сделать это. Ради своей семьи. Ради себя.

Взяв металлические цепи, которые валялись в углу темницы, я пристегнула руки и ноги эльфа к кольцам, вмонтированным в стену. Я не хотела причинить ему боль, но мне нужно было обездвижить его так, чтобы он не смог помешать мне осуществить задуманное.

Аранион спал крепко, и я смогла беспрепятственно залезть на него сверху. Достав его орган из мешковатых штанов, я слегка приласкала его, пока он не налился кровью, став твердым, как камень.

Волнительный момент и…я плавно опускаюсь на эльфа, чувствуя напряжение во всем теле. Мое тело пронзает боль, и я до крови прикусываю губу. Мне нельзя издавать звуки! Если Аранион очнется сейчас, то…

Эльф открывает глаза и видит меня. Ему требуется лишь короткое мгновение. Чтобы осознать произошедшее. Его глаза наливаются кровью, и я хочет сбросить меня. Меня спасают металлические оковы, что надеты на его запястьях. Аранион рычит, как дикое животное, и встряхивает бедрами в попытке столкнуть меня с себя, но это движение лишь сильнее заставляет меня принять его.

Я чувствую, как мужская плоть полностью погружается в мое тело, и издаю прерывный стон. Странное ощущение обволакивает мое тело. Я чувствую наполненность и приятную истому.

Аранион тяжело дышит. В его глазах бушующая ярость. Мне страшно смотреть ему в лицо. Я опускаю голову вниз и начинаю плавно покачивать бедрами вперед и назад. Моя лира — как маленькая лодка в штормовом море. Я пытаюсь удержаться, я хочу доплыть до самого берега, но Аранион не сдается. Он продолжает бороться со мной, смывая меня на дно. Его бедра бьются об меня. С гневом, с ненавистью. Но я встречаю его агонию, крепко удерживая свое положение.

Мои ноги расположены по бокам от эльфа. А мои руки лежат на плечах. Я вцепилась в них пальцами, как в поручни, чтобы сохранить хоть какое-то равновесие.

— Расслабься. Уже ничего не изменить. Перестань сопротивляться.

Я ласково прошу Араниона принять свое положение, но мои слова только подливают масло в кипящий котел. Эльф хмурится, стреляет в меня глазами и злобно рыкает.

Я чувствую, что потеряла ту нить доверия, что появилась между нами. Но я знала, на что иду.

— Я никогда тебя не прощу! — ожесточенно шепчет Аранион.

— Знаю, — мой голос дрожит, но я продолжаю удерживать бедра эльфа в своем плену.

Его флейта полностью принадлежит мне одной. Я чувствую ее каждой стеночкой, каждой мышцей. Она поет для меня. И от вибраций этой неуловимой музыки мое тело бьет сильнейшая дрожь.

Лицо Араниона искажает гримаса.  Я знаю, как он сопротивляется происходящему, но не может совладать с физическим влечением. На его лбу выступают капельки пота, ладони эльфа сжимаются в кулаки, и он смотрит на меня так, словно готов придушить на месте.

Я скольжу руками по своей груди, сжимаю соски, перекатывая их между пальцами. Эти несложные жесты заводят мужской разум, затуманивают его похотью. Зрачки Араниона становятся шире. Ноздри раздуваются. Но эльф не так прост. Его сложно сбить с истинного пути.