Книга Укрощение строптивого эльфа, страница 42 – Арина Алексанова

Я приподнялся на локте и стал покрывать поцелуями нежные плечи и грудь Авы, чтобы насладиться ее тихими стонами нетерпения. Вскрикнув, девушка выгнулась навстречу моим губам.

— Аранион! — простонала она.

Мое имя на ее языке — услада для моих ушей.  Нетерпение, звучавшее в ее голосе, окончательно разрушило всю мою стойкую выдержку. Я стал вколачиваться в ее тело, глубоко погружая свой орган, и Ава прижалась ко мне покрепче, обхватив меня ногами и выгнув спину. Теперь я уже точно не мог остановиться…

— Если бы не ты, я никогда бы этого не узнала, что такое любовь, — прошептала она, смотря на меня своими сияющими изумрудными глазами.

Любовь?

Любовь…

«Я ее люблю», — осознал, вдруг, я, и эта мысль потрясла меня до глубины души.

Я думала, что любовь — это когда колотится сердце и глаза слепит блеск, как от солнца на воде. Но любовь больше похожа на морские течения — могучие, необоримые, которым невозможно сопротивляться, и которые нельзя победить.

Я не хотел, чтобы она стала моей возлюбленной, но так случилось. Полюбил ли я ее, потому что мы соединили наши тела и души, и у меня не было иного выбора? Или я полюбил ее, напротив, вопреки всем нашим различиям и неприязни? Я не знаю ответ на этот вопрос, да и важен ли он, если мы оба нашли друг в друге свое счастье?

Спина Авы выгибается, и я чувствую, словно внутри нее что-то взрывается. Глаза плотно закрываются, рот открыт, но из него не выходит ни единого звука.

— Да, вот так, зеленоглазая ведьма, — хрипло шепчу я, по-прежнему толкаясь внутри нее. — Продолжай, не останавливайся. Мне нравится, когда на твоем личике появляется удовольствие.

Ава великолепна. Дико красива. Я наблюдаю, как она распадается на части от дикого возбуждения снова и снова, пока не становится оцепеневшей и не в состоянии даже двигаться. Но, наблюдая за ней столь уязвимой и дикой, когда она пульсирует вокруг моей флейты, на меня накатывает собственный оргазм, скользящий вверх по позвоночнику. Я хочу замедлить свои толчки, но слишком поздно. Моя спина напрягается, пальцы впиваются в ее бедра, и я загоняю свой орган в нее последний раз.

Я вхожу медленно в Аву, но так глубоко, насколько это возможно, наполняя ее лоно горячим семенем. Помечая ее лиру, что я не только был в ней, а теперь обладаю ею.

Я наваливаюсь на нее сверху, и меня, словно тяжелый плащ, накрывает волна изнеможения. Только мои трясущиеся локти с трудом удерживают меня, чтобы не придавить ее маленькое тело своим.

— Ради этого стоило пережить сегодняшний день, — сонно произносит она с улыбкой на губах. Я целую Аву и чувствую вкус солнца.

— Ради этого я мог бы и умереть, — добавляю я.

И пусть между нами полно противоречий, но мы едины в главном. В любви к друг другу.

— Ава, вставай!

Я сонно протерла глаза и посмотрела на Араниона. Он был бодрый и свежий, словно не его пытали, держали в темнице и собирались казнить еще вчера на площади.

— Ты уже восстановился?

— Конечно!  Мы на границе королевств. Я чую родной воздух и землю. Моя сила и магия вернулись ко мне в прежнем объеме.

— Я рада, — искренне ответила я. — А, теперь, дай поспать, пожалуйста.

— Не время спать. Посмотри на небо.

Я оглянулась по сторонам. Стояло такое раннее утро, когда еще непонятно: то ли оно уже началось, то ли нет. Я задрала голову наверх и увидела два небесных светила.