Книга Вы его полюбите!, страница 35 – Елена Свободная

— Рекомендуете как инкуб или как целитель? — кажется, за триста с лишним лет Алистеру все-таки удалось отрастить чувство юмора.

Риапал хохотнул:

— Как счастливо женившийся мужчина. И, во имя Изначального Огня, зовите меня Мирамиал.

— Господа, уже перевалило за полдень! — воззвала я к их совести, разуму и тому центру управления, который находится в голове.

— Но мы же не делаем ничего... предосудительного, — недоуменно вскинул брови мэтр целитель.

— Вот именно, — многозначительно приподняла я брови. — А могли бы уже!..

От ауры чувственности, накалившей воздух вокруг инкуба, мне стало трудно дышать, а сердце забилось где-то в горле. Но, зная причину внезапного желания возлюблять все, что носит штаны, справиться с собой гораздо проще. Я, закусив губу, укоризненно посмотрела на инкуба, ставшего за доли секунды гораздо привлекательнее.

Мэтр Риапал, сделав вид, что устыдился вспышки, торопливо полез в карман за своими снадобьями. А вот Алистер смотрел на меня как-то странно — на мужчин же не действует инкубья аура! Ярко-синие глаза потемнели от страсти, затягивая в свою глубину. Между бровей пролегла складка, а челюсти сжались так, что кажется, еще чуть-чуть и раскрошатся зубы...

На краю зрения остались вздувшиеся на висках вены, но вынырнуть из этой, полной мучительно сдерживаемой страсти и безнадежной любви, синей глубины было выше простых человеческих сил.

Или мне это казалось? Как и тяжелое прерывистое дыхание...

— Бездна тебя побери, целитель! — как сквозь вату, услышала я скрежещущий голос прежде, чем вокруг меня сомкнулась темнота.

— Ч...что ты...— губы слушались плохо, зато про себя я заворачивала такие лингвистические конструкции на трёх известных мне языках, что Вит и Мар аплодировали бы стоя.

Очень надеюсь, что мой выразительный взгляд смог передать склонившимся надо мной мужчинам хотя бы половину того, что я о них думаю!

Под действие ауры инкубов я попадала несколько раз, но это было еще по молодости, когда в крови бушевала жажда новых ощущений. Тогда, прежде, чем попробовать, мне подробно рассказали и о том, чего следует ожидать, и о возможных последствиях такого влияния. На протяжении всего эксперимента мое состояние контролировали нечувствительные друзья.

Они же потом в подробностях не только рассказали, что я творила, но и показали немножко в записи, как это выглядело со стороны. Возможно, мне бы и стало стыдно, если бы не хохот и комментарии по поводу пытающегося скрыться от моей настойчивости демона, в планы которого не входило доводить дело до логического конца. А сногсшибательная чувственность в каждом движении и жесте, соблазнительная улыбка и взгляд, от которого становилось жарко понравился даже мне самой. Сделав вывод, что прекрасна в любом агрегатном состоянии, я на этом и успокоилась. Но повторять подобный... гм... опыт в четыреста вообще не собиралась!

Попытка поднять голову, наконец, увенчалась успехом. Облизнув пересохшие губы и откашлявшись, я первым делом уточнила:

— Стоит извиняться?

Вторым — украдкой скользнула взглядом по лицу вампира. Обычное непроницаемое выражение, ни следа того, что мне привиделось сколько-то минут назад. Ну, может, чуть более озабоченное. Но исключительно тем, насколько моя крыша вернулась на место.