Книга Вы его полюбите!, страница 54 – Елена Свободная

Надо будет по приезду сделать нормальный маникюр, сегодняшнее падение стоило двух ногтей.

— Я?.. Я думал, ты давно все поняла, — осипшим от волнения голосом пробормотал он, тоже находя себе гораздо более интересный объект для созерцания.

Уверена, что разошедшийся шов на штанине ничем не хуже обломанных ногтей. О чем он вообще? Что я должна была понять? Что он каждый раз оказывался там, где терпели крах мои одиночные затеи и нужна была помощь? Если бы я была чуть более склонна к самообману, у меня легко бы сложилось впечатление, что его присутствие и было причиной моих неудач.

* * *

Если ты хочешь быть заводилой в подростковой компании, ты должен быть лучше всех во всем. А я и тогда себя не обманывала. Да, умная, хитрая и изворотливая. Талантливая. Но и все. Резерв выше нормы, но не безграничный. А еще этот абсурдный страх высоты! Более слабые воздушники из нашей компании спокойно летали, а мне приходилось придумывать каждый раз новые отговорки, пока не догадалась ввести в моду полеты на метле.

И, конечно, проявление слабости или каких-либо нежных чувств было под строжайшим запретом. Иначе кто тебя будет уважать и, уж тем более, бояться! Поэтому всю жалость и благодарность к недостойным нашей дружбы я давила в зародыше.

Кстати, первым, кто разубедил меня в этой подростковой глупости был как раз Валиэлион.

Огромный светловолосый демон, ректор демонической Академии магии как раз застал меня за подобным моральным избиением одного из одногруппников. Я тогда решила, что затеряться под землей будет гораздо проще, а в Академию поступила на тот факультет, на который был самый низкий конкурс. Недобор туда был, если уж совсем честно. Не хотели демоны учиться обрабатывать статистическую информацию и копаться в архивах. А мне было все равно.

Но в тот день в кабинете ректора случилось одно из самых важных событий в моей жизни.

— Адептка Лиеда, — обратилась ко мне эта рогатая широкоплечая громадина. — Вы же еще адептка?

Я кивнула, стараясь глубоко дышать и не выдавать своего страха. Боялась я не столько демона (он-то как раз был безумно красив), а того, что он меня отчислит и мне придется опять что-то придумывать.

— Как вас зовут? — мягко улыбнулся он, потому что на нагрудном значке выбивалась только фамилия.

— Дамайа, — выдохнула я, не сводя глаз с его переплетенных пальцев.

— Дамайа, — пророкотал он, как будто пробовал мое имя на вкус. — Как порыв летнего ветра на поверхности.

Он побарабанил когтями по сверхпрочной столешнице, видимо, размышляя о чем-то своем, а я, как завороженная, кивнула и зачем-то пояснила:

— Я человек и у меня воздушный Дар.

Демон поднял на меня красные глаза с вертикальными зрачками:

— Я так и подумал... м-да... Дамайа, Дар дан вам не затем, чтобы издеваться над слабыми, уж поверьте старику...

— Вообще-то, вы очень даже ничего, — зачем-то ляпнула я.

Видимо, в тот момент мой язык с мозгом был абсолютно никак не соединен. Он гулко расхохотался и присмотрелся ко мне внимательнее.

— Вы смелая девочка, Дамайа, — отсмеявшись, проговорил он. — И умная. Если вы поймете, что самоутверждаться за счет слабых — это не сила, у вас все получится.

— А как же мне тогда... ну... стать самой главной? — я решила, что терять мне уже нечего, а кому и знать ответ на этот вопрос, как не главному демону в Академии.