Книга Его нежная волчица, Или аконит для босса, страница 40 – Мария Токарева

Полина стояла спиной к нему у огромного панорамного окна, где на подоконнике теперь разместилось несколько горшков с цветами. Игорь даже не заметил, когда она их принесла. Раньше там было пусто, стерильно-пусто, как и во всем пентхаусе. А теперь на подоконнике теснились фиалки, какой-то вьющийся плющ и огромный куст неизвестного ему растения с яркими зелеными листьями.

Полина склонилась над одним из горшков, поправляла листья, что-то шептала. На ней оказалась та же, что и накануне, длинная футболка и удобные джеггинсы, волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались непослушные пряди. Она ходила босиком по мраморному полу гостиной и поливала цветы. Простая и уютная, совсем домашняя, она улыбалась. И не той вымученной вежливой улыбкой, которую Игорь видел на ужине с отцом. Другой. Настоящей. От этой улыбки у него в сердце что-то странно дрогнуло. Снова! Опять! Он по-прежнему убеждал себя, что это волк чует волчицу. Не более того.

— А ты вообще разговорчивый, — продолжала Полина, обращаясь к цветку. — Я таких не встречала. Обычно фикусы молчат, а ты прямо... болтун. Тебя как назвать? Федя? Нет, не подходит. Бенджамин? Ой нет, ты же не Фикус Бенджамина. Слишком пафосно для нашего сада. Игорь? Есть Фикус Бенджамина, а ты будешь Фикусом Игоря. Новый вид!

Она рассмеялась собственным словам, очень тихо и мелодично, совсем по-девчачьи.

Игорь смотрел на нее и не узнавал себя. Он стоял, спрятавшись за углом, как нашкодивший мальчишка, и подглядывал за девушкой, которая разговаривала с цветами. Это было странно. Это было глупо. Это было…

«Живое, — подумал он вдруг. — Все это живое и настоящее».

В его пентхаусе никогда не было жизни. Он привык к строгой функциональности, оставляя в своей жизни лишь необходимый набор вещей и элементов обстановки. Ни хобби, ни времени для отдыха, ни предметов коллекционирование — только работа, только планирование дел клана и битвы с врагами.

Но вот в его выверенный строгий мир пришла рассеянная испуганная девушка с потертой дорожной сумкой, со своим дешевым крафтовым мылом, с дурацкими цветами — и внезапно заполнила пустоту.

Полина повернулась, потянулась за лейкой, и Игорь увидел ее лицо в профиль. Свет заходящего солнца падал на нее, делая кожу почти прозрачной, подсвечивая рыжеватые нотки в русых волосах.

Она что-то напевала себе под нос, и это было так... обычно и прекрасно. Так по-человечески. Нет, определенно, за ней наблюдал не Игорь-волк, а Игорь-человек.

Он вдруг поймал себя на мысли, что не хочет уходить. Не хочет прерывать этот момент. Ему хотелось просто стоять и смотреть, как она живет в его… доме.

«Что с тобой? Она же лишь инструмент! — беспощадно говорил он себе. — Способ получить компанию. Не больше».

Но волк внутри него не слушал. Волк смотрел на нее, вдыхал ее запах даже через всю гостиную и довольно щурился.

— Ой! — Полина вдруг обернулась и заметила его, глаза ее расширились, на щеках вспыхнул румянец. — Игорь! Ты... давно стоишь?

— Только что вошел, — соврал он, выходя из своего укрытия.

— А я... — Она запнулась, поправила выбившуюся прядь. — Я цветы поливала. Надеюсь, ты не против, что я тут… Цветы расставила. Я ведь даже не спросила… Я просто подумала, что в гостиной пусто. А потом услышала, что им тут одиноко.