Книга Фамильяр на мою голову! Книга 2, страница 35 – Надежда Мамаева

Идея была здравой по двум причинам. Во-первых, можно узнать, где секрецербер прячет свой магопечатный станок (ибо раз партию бракованной бумаги доставили в академию, логично, чтобы и изготовление буклетов было здесь же). Во-вторых, я на время избавлюсь от надзора Брунгильды, от которого у меня уже начал дергаться глаз. Вот уж вызвала на свою голову фамильяра!

Призрачная меж тем, не подозревая о моих недостойных мыслях, улетучилась. А я снова взялась за перо.

Теперь уже составляя деловые предложения для членов фонда. Тех, кто будет платить взносы за привилегию побыть среди равных по деньгам и статусу. В общем, этакая пошлина на снобизм, которого в академии оказалось — хоть метлой мети… А при таком раскладе я была всего лишь скромным дворником и просто усердно убирала там, где могли сорить деньгами…

Когда подняла голову от бумаг, на часах было три утра, на портрете дамы — предрассветные тени, на столе — кавардак, зато в мыслях — полный порядок. Казалось, сознание было предельно ясным, тело легким, а силы словно брались из ниоткуда. Наверное, это и есть одержимость…

— Еще немного — и все, — сказала сама себе, так толком и не определившись, закончусь я или все же работа.

Правда, ни она, ни я не сдались к моменту, когда ночь исчезла, зато вместо нее появилась ба. И не одна, а в компании новостей.

Она влетела в распахнутое окно утренним ветерком, визуализировалась на подоконнике, плюхнувшись на него своим хвостом, довольно потянулась и с улыбкой до ушей (в меру песцовой анатомии и без меры песцового коварства) выдала:

— Нашла. Там, где приличные некроманты хранят самое дорогое: в склепе! А у этой мымры в нем — магопечатный станок! Маленький, аккуратный такой. Крутится, клацает, жрет в свое ненасытное нутро чистые листы и репутации… а эта вобла, харя которой так и просит леща, сама типографские формы в нем меняет.

Воображение враз нарисовало секрецербера, насыпающего в горловину бака (уж не знаю, зачем станку бак) запятых из банки. А рядом, на полу, стоит ящик с точками, почти пустой. И потому Нордес их экономит.

И этот образ не отпускал меня ровно до первого занятия. Ибо, когда я вошла в кабинет, выяснилось, что мои одногруппники вовсю обсуждают иную новость.

Оказалось, что пока я вчера занималась корреспонденцией, договариваясь о встречах, в доме министра кто-то занимался подрывом. И отнюдь не доверия. А просто тел.

Благо без летальных исходов. Хотя пострадавшие были. Причем несколько — довольно серьезно. И среди тех, кого разрывным проклятием задело, оказались и родители нескольких моих одногруппников. Ибо отпрыски аристократических родов отчего-то предпочитают выбирать магправо, нежели бытовую магию, хотя я бы не сказала, что на первом учиться легче.

Это нам и доказал профессор Беллами. Пересуды по поводу того, сколько человек тайная канцелярия арестовала и когда закончится расследование, не утихали первые минут пять лекции. Но потом законодательство магического королевства напрочь вытеснило все. Так что к концу занятия, если бы кто-то спросил меня о страшном суде посмертия, я бы лишь уточнила: какой тот инстанции?

А дальше со всеми нами случился практикум, где мы писали проекты исковых заявлений. На этот раз задание было индивидуальным, но это не мешало Пуфф беззастенчиво списывать. Кстати, сегодня она была любезнее, даже подала мне перо, когда я уронила свое. Видимо, прошла все стадии от «чтоб ты сдохла, зараза» до «доброе утро, Анита!».