Книга Фамильяр на мою голову! Книга 2, страница 44 – Надежда Мамаева

М-да… Что-то мне подсказывало, что не я одна умею выдавать редакторскую версию событий. Как с поцелуем у жимолости, который я лихо удалила из рассказа Бру на кладбище. Она тоже, похоже, кое-что вычеркнула из милой беседы с песелем. А с учетом того, что экзорцисты бывшими не бывают, могу представить, какие угрозы услышала химера. Мне ее даже жалко стало…

А ба меж тем хмыкнув: «Надо будет — зови», — умчалась снова разведывать на благо родного фонда. Подумала, что все же Бру — отличный соглядатай. Ибо было в ней, как и во всяком хорошем шпионе, нечто неуловимое…

Я же отправилась на следующее занятие. Благо специалитет магправа сегодня силы не требовал. Разве что силы воли. Ибо профессор Беллами сегодня был особенно монотонен. Похоже, даже у призраков бывает весна. Правда, они в ней, сдается, хандрят, как живые по осени… Я писала конспект механически, а мысли крутились вокруг вчерашнего.

Повязки. Грудь Себа была перебинтована почище, чем иная мумия. И кажется, я догадывалась, где он получил ранение. Только туда простых смертных не пускают. А даже не всех дворян… только в качестве кого?

Так и не решив для себя этот вопрос, зато ответив на кучу заданных магистром, я дождалась окончания занятий и отправилась сначала на встречу с Патриком и Адрианом. Последний попил мне крови перед подписанием договора инвестиции, но свой вклад в фонд внес.

А после я поспешила к телепортационной башне.

Правда, денег у меня не было. Совсем. Только оскорбления, за кои можно принять пару гнутых медек со дна кошелька. Хотя в сумке лежали чеки общей суммой на пять тысяч золотых!

И я решилась дать взятку — в долг!

Поздоровавшись, я начала издалека:

— У меня к вам маленькая просьба.

Телепортист поднял кустистую бровь, которая смотрелась еще гуще на фоне лысой, как яйцо, головы. Так, что создавалось впечатление: остатки волос сбежали в свое время с макушки и поспешили укрыться именно в этих надбровных зарослях.

Сегодня маг был явно не в духе: отрывистые фразы, мрачные взгляды, резкие жесты… Такого слезливой историей про булочки всухомятку и голод не проймешь.

Только деньгами. Их я и выложила на стол в тонкой чековой валюте.

— Дело в том, что у меня сейчас нет при себе наличных. Но я могу предложить вам пятьдесят процентов сверх обычной суммы за ожидание, пока ту обналичу…

— Сто! — припечатал маг.

Двойной размер? Это уже грабеж! И так ему в прошлый раз десять серебряных отдавала. А это, между прочим, для кого-то месячная зарплата!

— Шестьдесят, — попыталась сторговаться я.

— Восемьдесят, — повторил маг. — И я пропускаю вас без записи.

В этот миг я поймала себя на мысли, что, может, что и забуду потом из случившегося в академии, но торги за размер взятки буду помнить долго!

— Идет, — плюнув на все, протянула руку.

Маг пожал мою ладонь и кивнул в сторону пентаграммы. Встала в круг, вспышка — и привет, столица, привет, твои суетные лица и оживленные улицы, в круговерть которых я и влилась, чтобы спустя час оказаться на пороге Королевского Генерального Банка, который чаще величали по аббревиатуре.

Его здание располагалось рядом с Монетной площадью, по помпезности не уступая королевскому дворцу. Колонны, лепнина, золотые буквы на фасаде. И прохлада внутри, которая тотчас сменила весеннюю жару, когда я переступила порог.