Книга Интервью для Мери Сью. Раздразнить дракона, страница 44 – Надежда Мамаева

— За это еще и платят?

Не успела просветить оборотня по поводу тарифов на нервную читательскую дрожь, как дракон перебил:

— Выходит, ты у нас мастерица словеса плести? — обманчиво спокойно начал он. — Получается, и слова клятвы подобрала и нанизала, словно бусины на нить, чтобы не подкопаться было?

Я лишь смущенно улыбнулась, с самым невинным выражением на морде лица: дескать, не я такая, а обстоятельства вынудили. Йон в сердцах сплюнул, а дракон же, словно подводя черту, со вздохом произнес:

— Как видишь, побратим, со спасением ты слегка опоздал. Я сам умудрился вляпаться хуже некуда. Не хочу ещё и тебя утянуть.

— Ты вежливо намекаешь, что мне стоит развернуться и, поджав хвост, потрусить в кусты? — понимающе протянул Йон.

— Я не это имел в виду, — посуровел Брок.

— Но сказал то, что сказал, — отрезал оборотень. — И хорошего же ты мнения о побратиме, если думаешь, что я брошу тебя на растерзание этой рыжей заразе.

Я про себя аж поперхнулась: то есть, по логике хвостатого, я ещё и виноватая осталась?

— Значит, не уйдешь? — обреченно уточнил Брок.

— А ты меня во время боя под Льдистыми пиками бросил? То — то же! — хмыкнув, Йон окатил меня презрением и выдал: — Но если и не смогу спасти тебя, то хоть отомщу. Я-то этой рыжей клятв никаких не давал.

— Да сдались мне твои клятвы, перевертыш! — я тоже не осталась в долгу.

Наши взгляды сошлись, как клинки на дуэли. Выпад. Туше. Безмолвный поединок, в котором ни один не намерен уступать.

Не знаю, сколько бы это длилось, если бы не заголосила желна. Я вздрогнула. Йон скривил губы.

— И все же я не верю тому, что ты не Раана, — процедил Йон.

— Я не она!

Он сделал эти проклятые два шага. Я инстинктивно отпрянула и вжалась спиной в ствол. Злой взгляд голубых глаз, что сейчас стали и вовсе кобальтового оттенка, сжатые в нитку бескровные губы, белые скулы — все в блохастом говорило о том, насколько теплые чувства он ко мне испытывает.

Йон сжал кулак и ударил резко, без замаха. Я, за мгновение до этого успевшая втянуть голову в плечи, зажмуриться и сжаться, почувствовала, как на макушку посыпалась кора.

Глаза открыла медленно и по одному. Успела увидеть удаляющуюся широкую прямую спину.

Мне захотелось закричать, что эта самая Раана уже давно мертва. Но смысл? Все равно ведь не поверит. Перед глазами встала картина девушки в мужском наряде, чью грудь стрела пробила навылет.

— Тебе стоит переодеться, — из омута воспоминаний меня выдернул голос Брока.

— Скажи, ты тоже веришь, что я Раана? — спросила и сама пожалела. А вдруг в ответ прозвучит короткое «да»?

— Йон горяч, он привык делить мир на черное и белое, на друзей и врагов, — Брок начал издалека, и я утвердилась в мысли, что он, как и побратим, считает меня хладнокровной стервой. — Скажем так, я не определился до конца: мне почему — то кажется, что ты не кнесса, хотя и печать равнинников на твоей шее — прямое свидетельство обратного.

— А что, если она и вправду не моя? Почему ее просто не могли мне передать? Ты же шипел ей что — то… — я закусила губу, чтобы не сорваться в банальную истерику — закономерный итог всего пережитого. "Нельзя терять голову под натиском эмоций. Только не сейчас. Не время. Не место" — дала сама себе мысленное наставление, как затрещину.