Книга Стажировка вне закона, страница 104 – Надежда Мамаева

Вытянутая рука. Значит, расстояние для маневра есть. А затем мой взгляд метнулся к бутыли с огненной водой, которую использовали для протирки деталей. Горлышко той было разбито, и мало того, попавшая туда на моих глазах искра заставила жидкость вспыхнуть.

Куда-то разом исчезли все чувства, эмоции. Их место занял холодный расчет.

Первое – дождаться взрыва и нырнуть вниз, чтобы уйти от выстрела.

Второе – перехватить руку в кисти и направить дуло в сторону.

Третье – рвануть руку на себя, выбить кисть из сустава. У врага – резкая боль, дезориентация.

Четвертое – ударить ногой под дых так, чтобы разoрвало печень. А когда гад согнется – добить коленом в челюсть, выбивая ее. Сильнейшая боль. Полная дезориентация.

Как итог – противник сможет драться не раньше, чем через десять минут. Полное выздоровление – только через купель.

Главное, чтобы хватило сил. И с этой мыслью я начала разгонять магию по венам.

Щелкнул спусковой крючок.

Пламя в бутыли полыхало все ярче.

Я про себя начала считать, молясь, чтoбы взрыв прогремел раньше выстрела.

Три. Два. Один…

Одновременно раздался грохот разорвавшейся бутыли и высаженной магией двери. Но мне уже было плевать. Я ощутила себя пружиной, что до этого была сжата и сейчас начала стремительно расправляться.

Нырок. Перехватила ствол чарострела, отводя дуло в сторону, и почувствовала, как остатки магии и сил покидают меня, а я сама теряю сознание.

«Все же проиграла…» – уже падая на пол, успела подумать я. Мир накренился. А дуло чарострелa, которое я все ещё продолжала держaть ослабшими пальцами, вильнуло и дернулось, обжигая руки.

Выстрел ушел вбок, а вслед за ним раздался крик, перекрывший яростно гудевшее пламя пожара:

— Рин!

Нил! Я узнала его голос раньше, чем увидела, как мощная волна сырой силы впечатывает противника в шкаф, стоявший у противоположной стены.

Лежа на полу, я сквозь копоть смогла разглядеть тело, которое прошили насквозь два магодиода.

Отстраненно вспомнила, как Вронк ругался на моего напарника по стажировке, что тот вечно кладет штыри не вдоль полки, а поперек, отчего те вытарчиваются чуть ли не на пять футов. На что Мрок парировал, чтo так, дескать, их брать легче и вообще лучше. И продолжал своевольничать.

И вот теперь я смотрела на женскую грудную клетку, из которой торчали два диода – итог упрямства молодого дракона.

Мой взгляд скользнул выше. И в этот момент с потолка ударили струи. Они гасили пламя, смывали копоть и cажу.

Я увидела лицо нападавшего. И узнала его. Ее. Та самая дивная, что напала на меня в спальне Занозы.

Это я попыталась сказать Нилу, когда тот склонился надо мной.

— Она… – прошептала я запекшимися губами, но так тихо, что это было похоже на сип.

— Потерпи, - выдохнул Заноза, а затем магия дивного, которую он резко выплеснул в мой резерв, заставила тело выгнуться дугой. В этот миг пришла спасительная мысль, что терпеть в обморoке гораздо удобнее и комфортнее. Но, как назло, сознание меркнуть не желало.

И я из-под полуприкрытых век видела, как вокруг пламя сменяют лужи, чувствовала, как Нил вытаскивает меня из артефакторской, а затем слышала, как кричит примчавшийся на вызов оповещающего заклинания мэтр Вронк, осознав, что стало с его мастерской, а Заноза отдает короткие, рубленые приказы.