Книга Ты просто огонь!, страница 53 – Надежда Мамаева

К тому же меня не оставлял в покое вечер. Правда, какой именно: вчерашний, когда я шпионила за Бешметовым, или Брюллова, о котором сегодня поведала Лиза, – я еще не определилась. И пока мозг думал, моя Жозефина Павловна (а именно так именовал пятую точку один из классиков) приняла решение. Ноги сами понесли меня в сторону музея. Осознав это, я не стала менять курс и сворачивать с пути духовного обогащения, приобщения к искусству и… добыче информации.

Только решила, что пешком добираться буду долго, потому, дойдя до ближайшей остановки, села на маршрутку.

Когда же я наконец добралась до музея, то выяснилось, что тот работает, несмотря на пожар в выставочном крыле. Выгоревшая часть была опечатана. А вот центральная, не пострадавшая – распахнула двери для посетителей и радовала тех несколькими экспозициями.

Правда, билет на те я не купила, вместо того разговорившись со скучавшей у входа контролершей. Дама была уже немолода и охотно поведала мне и свои впечатления о случившемся, и сожаления о сгинувшем новеньком ремонте, завершения которого так ждали, и негодования по поводу пожарных. Последние, по ее мнению, были сущими проходимцами: могли бы и приехать пораньше, а не через семь минут, и потушить побыстрее… А еще до того, как все загорелось, постоянно нервы трепали со своими планами эвакуации, сигнализациями, проверками и прочим… А у музея все в порядке!

— И даже проводка? – позволила усомниться я и добавила наугад: – Ведь она, по версии следствия, стала причиной пожара.

— Да вы что?! – возмутилась пожилая тучная дама, всплеснув руками, и категорично добавила: – Быть такого не может. Наш электрик, Евгений Маркович, знает свое дело. У него не могло случиться никакого замыкания, вы что-то путаете. Он никогда не ошибается.

Произнеся это, она поджала губы и, гордо вскинув голову, увенчанную гулькой седых волос, посмотрела на меня уничижительно. Но взгляды не копья – глаз не выбьют и селезенку не проткнут. Так что я проигнорировала все пламенно-матерные взоры и уточнила:

— Так-таки никогда?

— Он бывший сапер, – с гордостью отозвалась билетерша. – И вам, милочка, должно быть известно, что люди этой профессии могут допустить ошибку лишь один раз в жизни, – гордо задрав нос, закончила она тоном: «Вот, человек делом настоящим занят, не то что ты, финтифлюшка!»

Я же, поняв, что ничего больше толкового не узнаю, спросила, где можно найти хранительницу музея.

— А чего это вам от Фаины Александровны надо? А?! – пошла в атаку дама, видимо обидевшись на меня за музейного электрика.

— Задать пару уточняющих вопросов. Могу показать удостоверение, – с этими словами я полезла в сумку, чтобы найти журналистские корочки.

Но билетерша поняла мои слова по-своему.

— Так бы сразу и сказали, что из органов, – недовольно фыркнула она и добавила: – А хранительницы сегодня нету.

— Она уже уехала? – спросила я, подумав, что не везет мне сегодня на начальство – и на свое, и на чужое. Оно от меня так и норовит удрать.

— Увезли, – припечатала дама и присовокупила: – На скорой из дома. Сын позвонил, сказал, что утром к матери заехал, а той плохо. Довели Фаину Александровну с этим пожаром…

Дама еще что-то говорила, а я вспоминала подслушанный накануне разговор. Во время него хранительница музея не выглядела больной. Да и вообще она мне показалось той, кто сама способна довести до нервного срыва, а то и могилы, но никак не наоборот.