Книга Фотографов с рук не кормить, страница 58 – Надежда Мамаева

Посмотрел на горевшее окно мансарды. Искра. Она там, наверху. И сегодня я потерял с ней голову настолько, что едва не совершил большую глупость, напрочь забыв про возможные последствия секса без резинки.

И дело даже не в том, что меня несколько раз пытались шантажировать фиктивной беременностью. Нет. Искра бы не стала так поступать. Сейчас, когда я узнал ее ближе, был уверен в этом.

Я сам не хотел детей. И всегда предохранялся. Это был еще один мой пункт. Я не хотел ни семьи, ни ребенка. Мои отец и мать, их брак, отвратили меня от этой мысли настолько, что я для себя решил: лучше быть свободным, чем калечить жизнь кому-то еще. Да и не выйдет из меня настоящего родителя.

Вот только сегодня, когда я целовал Энн, когда желание прошило меня, словно плетью, от макушки до пят, я забыл обо всем. И о гребаном презике тоже.

Злость на себя кипела в крови. Да. Только злость. И никак не желание трахнуть Искру.

ГЛАВА 5

Аня

Вертясь ночью в кровати, я никак не могла уснуть. В душе был сущий раздрай, в голове логика махала белым флагом и тараканы собирали срочный консилиум, а тело… тело хотело продолжения. Ему, видите ли, очень понравились поцелуи Ника. Да и весь он тоже. В итоге я вертелась под одеялом и какую бы позу ни принимала — она оказывалась жутко неудобной.

Уснула я в третьем часу. А вот едва прозвенел будильник… я вырубила его точным пассом мастера-сенсея, имеющего высший дан по обезмолвливанию рингтона. И с чистой совестью завернулась буквой «зю», едва снова не отрубившись, чем подтвердила народную мудрость про утро, которое не только мудренее, но и неприхотливее. Поскольку если с вечера никак не можешь лечь поудобнее, то с рассветом даже невероятнейшая поза для сна становится самой комфортной.

Внизу уже что-то скворчало, стучало и ворчало. Последнее — голосом Ника. Но все это меркло перед изумительным ароматом. Он-то лучше любого некромантского зелья или обряда заставил меня восстать из склеп… кровати в лучших традициях зомби-апокалипсиса.

Вот только перед тем, как спуститься, сама не знаю почему, я причесалась, переоделась из растянутой любимой пижамо-футболки, про которую мама шутила, что я не иначе как заполучила ее в сражении с бомжами на помойке, в джинсы и симпатичную легкую кофточку. В общем, привела себя в порядок. Хотя ещё вчера даже не думала о подобном! Чтобы я, в своем доме, и первым делом не тянулась к кружке кофе, которую можно не только выпить, но и в ней искупаться, и даже слегка утонуть, а озаботилась внешним видом?

Дала себе мысленную затрещину. Никаких романов. Я ещё от прошлых отношений не отошла и всех «подарков» не разгребла. Вон список на обзвон еще гордо красовался пришпиленным на стене рядом с ноутом.

Потому стиснула зубы и спустилась на завтрак с самым воинственным настроением. Но румяные, ещё исходящие жаром сырники с нежным сметанным соусом, кофе, разбавленный горячим шоколадом и приправленный перцем чили, и фруктовый салат не могли оставить меня равнодушной. Как и хитро улыбающийся Ник.

Вот только приобщиться к завтраку мне не дал настойчивый стук в калитку.

— Эй! Откройте! Я знаю, что вы тут! — орала за забором зычная мужская глотка. В унисон крикам раздавались удары, словно о жесть лупили молотком, не иначе.

— Ты кого-то ждешь? — Ник задал вопрос вроде бы будничным тоном, но я почувствовала, как он насторожился. К слову, и я тоже.