Книга Муж штатного некроманта, страница 26 – Екатерина Бакулина

Он отвечает. И мне даже чуть неловко сначала, но неловкость быстро уходит. Я вижу, как он осторожно улыбается мне. Он понимает.

Все хорошо, просто не сейчас.

Скорей бы уж.

Пусть уж что-то решится. Пусть он придет…

И мы пытаемся о чем-то говорить.

Я почти вскрикиваю от радости, когда звенит сигнальная нить. Людвиг не слышит этого, только я слышу. Замираю.

Но он видит.

— Он здесь, да? – спрашивает напряженно.

И все вдруг меняется.

Я киваю.

Вижу, как Людвиг поднимается. Как берет со стола нож.

Что бы я ни говорила ему о своих способностях, о куче полиции за окном, он готов защищаться сам. Это правильно. Но главное, чтобы первый в бой не полез, а то с него станется. Это сидит в нем глубоко – волчьи инстинкты, и с этим ничего не сделать.

— Спокойно, - говорю тихо. – Только не лезьте первым, господин Лаубе.

— Я не лезу, - так же тихо говорит он.

Но нож сжимает крепко.

Вторая сигналка.

Оборотень уже близко.

Я готовлюсь, читаю заклинание про себя. Все, что нужно будет потом – только бросить в волка. Попасть. Если не попаду, у меня еще есть пистолет. Но заклинание вернее. Я не боевой маг, конечно, но кое-что умею. Не так быстро и не так эффективно, но разок…

Хруст веток за окном. Раз, потом другой.

Я почти готова. Почти.

И тут вдруг со звоном лопается стекло.

Удар.

Звериный рык.

Через окно в нашу кухню влетает здоровенный волк. Я вздрагиваю от неожиданности, слишком близко… и почти завершенное заклинание срывается с кончиков пальцев и улетает в сторону. Ох! Я даже вскрикиваю. Но пугаться некогда. Пистолет! Пока я прихожу в себя и пытаюсь что-то выхватить, Людвиг успевает встать между мной и волком, надежно закрывая…

Волк скалит зубы. Рычит.

— Оди, назад!

Нельзя назад! Еще мгновение и я выхватываю пистолет, снимаю с предохранителя, взвожу курок… быстро. С такого расстояния не промахнуться. Но только Людвиг загораживает мне все. Назад…

И тут же грохот выстрела бьет по ушам. И снова.

Волк перед нами вскидывается на задние лапы, вскрикивает совсем по-человечески, так отчаянно, и жалобно скулит. А потом падает на пол.

Я не успела, но это не важно.

За окном, в ночной темноте, я вижу Вебера с ружьем. Это он стрелял. Он начеку, и он профессионал, это его работа, не моя.

И это все.

Трясущейся рукой кладу пистолет на стол.

Людвиг поворачивается ко мне.

Все.

Волк на полу меняется, в смерти снова становясь человеком. Он лежит на спине. У него лицо Людвига, и это почти противоестественно.

До слез. У меня трясутся руки. На меня еще ни разу не нападали вот так. Тихий город, тихая работа…

Я даже толком не понимаю, как это происходит. Понимаю только, что я уже стою, обнимаю Людвига, а он обнимает меня, гладя по спине. Все хорошо, все закончилось. Вот и все. И я всхлипываю, уткнувшись носом ему в шею.

Я проснулась у него на плече.

Испугалась немного – так странно. Мужчина в моей постели.

Но мужчина спал, глубоко и ровно дыша, нежно обнимая меня одной рукой… и я успокоилась. Пусть спит, мне даже приятно. И я буду лежать осторожно, не дергаясь, чтобы его не разбудить.

Я ведь сама его позвала.

И к себе, потому что оставаться в пустом доме, где только вчера убили его мать – очень тяжело. И в постель… ну, просто потому, что так хотелось мне. Нам обоим. Потому что после всех этих нервов и убийств хотелось тепла и любви. Когда он обнял меня, я поняла, что не хочу отпускать.