Книга Неопытный маг и заморский принц, страница 23 – Екатерина Бакулина

Что теперь? Напиться и собирать вещи? Или мне еще обвинения какие-нибудь предъявят?

Пришла к себе в спальню, долго сидела в тишине.

Что ж, напиться я уже почти собралась, когда поздно вечером ко мне зашел Донаван.

И удивительно, сначала осторожно постучал, я даже подумала — это кто-то другой. Дженгиз ко мне? Но нет, это мой принц.

— Ну, как ты? — спросил он. Чуть снисходительно, чуть устало, но не похоже, чтобы это предвещало мне большие беды.

Я пожала плечами. Ну, что сказать? Вот, сижу тут, ужасаюсь перспективам. Посыпаю голову пеплом.

— Твой Дженгиз, конечно, тот еще олень, — сказал Донаван, — но все осознал и очень сильно пытается доказать, что виноват только он, а не ты. И это реально он все подстроил.

— Он не мой Дженгиз, — буркнула я.

Донаван тихо засмеялся. Отмахнулся.

— Твой, твой, ты просто еще не все знаешь. Ничего, потом с ним разберетесь. Он готов всеми способами заглаживать вину.

А вот и не мой…

То есть, подождите! Не это главное.

— Он все подстроил? — я, конечно, думала о таком, но не слишком верилось.

— Он, — согласился Донаван, заулыбался. — Но без злого умысла, исключительно по дурости. Я с ним поговорил. С пристрастием так поговорил, не думай. Мне даже Дженгиз соврать не может. Он мага нанял, чтоб ему с птичками и медведем помог, заплатил. Мага того тоже уже нашли и поговорили, он тут, при дворе. И тоже по шапке получил. Хотя маг всего лишь приказ своего принца выполнял.

И заулыбался шире, глядя на меня.

Так-так… Только я все равно не понимаю.

— Но зачем он это сделал?

— На тебя впечатление произвести хотел, — сказал Донаван, глаза его весело заблестели. — Понравилась ты ему, влюбился с первого взгляда. Чистая правда, я тебе как эмпат говорю. А ты к нему особого интереса не проявила. Зато проявила интерес к птичкам. Ну и Дженгиз решил подлить масла в огонь, рассказать тебе, что он тоже их подозревает. Тем более, что какие-то предпосылки были, но не подтвердились. Нанял мага и устроил все это. Рассчитывал, что совместная работа сближает, больше поводов для встреч и разговоров.

Вот уж точно олень. И что мне теперь с этим делать?

— А медведь? — спросила я. — Медведь тоже разговорам должен был способствовать?

Донаван весело фыркнул.

— Медведь — это самое главное! На самом деле, это ручной медведь из зверинца, не опасный, он людей не трогает. Медведя уложили в кустах, маг усыпил, поставил сигналки. Ты бы в птичку щитом кинула, сигналки бы задела, медведя разбудила. Медведь бы из кустов вылез. И Дженгиз бы его красиво убил. Спас бы прекрасную деву от ужасного чудовища.

Тут даже мне глаза закатить захотелось.

Вот уж точно олень!

Медведя только жалко, ни за что пострадал.

— Я бы этого медведя уложила быстрее, чем он бы оружие достал, — сказала только, мрачно вышло.

Донаван руками развел.

— Вот полезла бы в кусты первая, уложила бы медведя, и была бы кругом молодец. Тебя бы еще, может, наградили б за спасение принца. А так — вышло как вышло.

Да уж.

Я вздохнула тяжело.

— Дженгиз сказал, что сам первый в кусты полез, — сказал Донаван. — Что ты не знала, не успела понять, что там опасность. И что потом сам оплошал, а ты его от медведя спасла. Я подтвердил Гюрхану. Вот прямо как эмпат засвидетельствовал, что ты не знала. Кто я такой, чтоб на своих людей наговаривать? Так что ты теперь не ляпни случайно.