Книга Последний защитник для альвы, страница 94 – Екатерина Бакулина

Ивен понимала, дело даже не в ней самой.

Вернись она просто, тихо вместе с отцом по осени — ничего бы и не было. Совсем ничего. Все осталось бы как и прежде.

И сейчас она бы готовилась стать женой Халле. Возможно, даже радовалась бы этому.

Не стоит забывать.

Зима подходила к концу. Еще немного, и может вернуться лорд Фаральд с сыном. Все эти слухи не опасны для него, Ивен просто отправят подальше, и слухи улягутся сами собой. Она сама никому не нужна. Там, на юге, всем будет плевать. А Халле останется. Это так удобно.

И вот недавно, чуть поодаль от замка, начали собираться люди. Простые небогатые крестьяне, по большей части, те, у кого зимой не так уж много важных дел. Безоружные. Несколько раз Хейдар пытался разгонять их, они разбегались, но собирались снова, и недовольство только росло. Ночью, с башни замка, можно было видеть их костры. С каждой ночью все больше.

Они падали на колени, завидев лорда Хейдара, уверяли как любят его, как преданны. Но вот от альвы уже никакого житья. Альва насылает беды. В соседней деревне скосил мор, внезапно, за несколько дней. В другой — дети начали болеть, да и взрослые тоже. А в Верхних Ямах, так вообще, сгорел амбар, все запасы зерна сгорели. Вода в речках стала горькая. А в Альваренке, так вообще похожа на кровь. Еще немного, и конец света настанет.

Ивен казалось — они в осаде.

Половина этих россказней была откровенной ложью. Половина… Ивен не знала, что и думать. Скот можно было отравить. Дети часто болеют зимой… Альваренка берет свое начало в горах, где много железной руды, и железо иногда вымывает из почвы, вода становится бурой, словно ржавой… Люди видели все это не раз. Но так удобно найти виноватого. Тем более, если кто-то подскажет.

Виновата альва.

И альва должна уйти.

Отец ходил мрачнее тучи. Он уже перепробовал все, что мог. Даже хотел послать людей, чтобы перерезали всех недовольных. Не послал. Ивен удержала. Да и сам он понимал — будет хуже. Пока эти люди не трогают их, и даже почти не требуют ничего, только жалуются. Несчастным, голодным — можно раздать денег и еды, посочувствовать, помочь. Часть даже разойдется по домам. Часть останется. Но ведь скоро весна, будет много работы в полях, людям станет совсем не до альвы… Может быть…

Ивен тихо рыдала по ночам.

Эйрик обнимал ее, пытался успокоить, но только мрачнел еще больше.

А потом разговоры начались и в замке.

— Ты такой довольный, словно мы на праздник идем, — Ивен смотрела на него, и не могла понять.

— Прости.

Эйрик попытался было смутиться, но у него не вышло. Он разглядывал Ивен, и улыбка сама выползала на его лицо.

Нужно было уходить.

Но приключения не пугали Эйрика, и дальняя дорога не пугала тоже.

— Ты ужасно красивая, — говорил он.

Ивен переоделась в мужскую одежду, коротко постригла волосы. И без того она похожа на мальчишку, а теперь и вовсе не отличить. Только миндалевидные альвийские глаза выдавали с головой, темно-синие… Она все боялась, что Эйрику не понравится. Она боялась, что он откажется от нее, решит, что и так слишком много проблем. Но ему нравилось, и отказывать он не собирался. Честно, на самом деле, глядя на него, сомневаться было нельзя.

Они решили бежать. Выбраться из Бларвинда, потом на юг, потом и вовсе за море. Подальше, где никто не найдет. Рано утром, еще до рассвета, пока все спят, пока не отошли после вчерашней попойки.