Книга Мой покойный муж, страница 22 – Екатерина Бакулина

Когда я вошла в Большой зал, Кит уже сидел там. Не могу не признать, я выдохнула с облегчением. Он сидел на скамейке, чуть в стороне от других, сцепив пальцы, ссутулившись, глядя в пол, но без цепей и точно не под арестом, он был свободен. И это значит, все хорошо. С остальным мы разберемся после.

Нэта тоже уже привели. Дали помыться и сбрить щетину, но цепи не сняли. Словно опасный преступник. Он стоял посреди зала в кандалах, в окружении четырех гвардейцев. Чтобы пройти к своему месту, мне нужно было пройти мимо него.

Когда я вошла, он обернулся ко мне, улыбнулся, едва заметно, но очень тепло, так, словно просто рад меня видеть. Я… А мне тяжело смотреть было. Я отвела взгляд… попыталась отвести. Но и не смотреть не могла.

У него на висках капельки пота поблескивали. И стоять ему тяжело, после всего, что с ним было, после пыток… удивительно, как он вообще держался на ногах. Здоровье у Нэта всегда было лошадиное, но у всего есть предел. Да и не мальчик уже… Нэт… Когда я проходила мимо, он чуть выпрямился еще, плечи расправил, даже, кажется, втянул живот… думаю, скорее не осознано, просто… Я закусила губу. Не могу я… на него смотреть не могу, сердце разрывается… и вообще…

Тихо прошла на свое место, села рядом с Китом.

— Кит, — тихо спросила я. — Как ты?

Он даже не посмотрел на меня.

— Все нормально, — сказал глухо.

И как-то мне это не понравилось.

— Тебя ведь не поймали? — спросила я шепотом.

Он покачал головой.

— Ты говорил с Майрет? — спросила я снова?

Он как-то шмыгнул носом, совсем отчаянно.

— Говорил.

Сглотнул судорожно, все так же, глядя перед собой и не глядя на меня. Лицо серое совсем, осунувшееся. Я его таким никогда не видела.

Что же она Киту сказала?

— И что?

— Ничего! — зло буркнул Кит. — Не бойся, я все подпишу.

Дернулся было встать, но не встал, только отвернулся. Уйти он не может.

И совершенно точно не станет сейчас говорить. Мне не узнать. Лучше не трогать сейчас, ему и без того нелегко. Не здесь, не в Зале, не при всех… Но какого черта? Что там произошло у них?

Я попытаюсь узнать…

Уже почти все собрались, Гордан стоит за королевским троном, нет только самого Джона.

Нет Майрет, но она, скорее всего, и не придет.

Мы ждем короля. Он любит, чтобы его ждали, чтобы почувствовали его значимость.

Нэт переступает с ноги на ногу, поводит плечами… спина у него болит, и тяжелые кандалы тянут вниз, но сесть он не может.

Сукин сын ты Джон, даже в такой мелочи…

Мы ждем… Четверть часа уже прошла, как все в сборе. Я бросаю взгляд на Нэта, но он не смотрит на меня, смотрит куда-то за окно… я смотрю тоже, но там ничего нет, только синее ясное небо… ласточки летают… дворец на берегу, и ласточки вьют гнезда под крышей. Нэт стоит, упрямо сжав зубы… смотрит туда.

Эшафот на заднем дворе уже почти построили, сегодня закончат. Весь суд это фарс, представление на публику.

Я закрываю глаза. Помолиться, что ли… но я не знаю о чем. Ничего уже не исправить.

Радостно поет рожок, и открываются двери. Входит Джон, проходит к своему месту, садится. Поворачивается к Гордану.

— Можешь начинать.

Гордан разворачивает бумаги.

— Этард Муррей из Ована, — громко говорит он, и это сразу режет слух. Не «лорд», даже не «сэр», просто Этард. — Вы обвиняетесь в государственной измене, попытке покушения на Его Величество короля Джона, многочисленных угрозах и подстрекательстве к государственному перевороту…