Книга Месть Елизаветы, страница 60 – Екатерина Бакулина

— Еще немного, – тихо сказал Агостино.

Еще немного. Хелена стояла и смотрела не него. Невольно глупо улыбаясь.

Тишина и покой. Все хорошо.

— Ну, вот… – он отпустил.

И мир вернулся. И даже злость на него вернулась тоже. Но злость только тихо плескалась где-то далеко, не грозя больше перехлестнуть через край.

Немного звенело в ушах.

Агостино отступил на шаг.

— Вы… менталист? – тихо спросила Хелена. – Мне казалось…

— Нет, – он покачал головой. – Я не могу читать мысли, влиять на разум и все такое. Но это наша родовая особенность – приводить в равновесие. Особенно эмоции хорошо поддаются. Простите. Я действительно сделал это сознательно. Спровоцировал вас. Знаете, про вас разные истории ходят… но вы молодец. Для вашего возраста и уровня силы, вы отлично справляетесь. Еще немного и сможете гасить вспышки сами, без посторонней помощи. А если что, видите, я тоже могу помочь.

— Вы ненормальный? – шепнула она, пытаясь прийти в себя.

— Почему? То, что я сделал, не опасно ни для вас, ни для меня. Даже если бы вы ударили, я смог бы защититься. Не бойтесь, я бы не стал жаловаться на вас, это не в моих интересах. И… – он немного вздохнул. – Еще хочу сказать, Хелена… Нет никакой девушки, в которую бы я был влюблен и хотел бы на ней жениться. Вернее… была… Несколько лет назад я действительно пытался добиться разрешения на брак. Но не вышло… Теперь она давно замужем, у нее двое детей и со временем это как-то улеглось. У нас теплые отношения, но не более. Она счастлива, и я… Я не мальчик, вы понимаете, у меня, конечно же, были отношения. Но сейчас это не имеет значения.

Он говорил честно, Хелена чувствовала.

Зачем это ей? Зачем он это говорит?

И все же… небо в его глазах. Словно летишь…

Они занимались этим до обеда, пока Виткевич, вытирая пот со лба, не сказал, что все, хватит, пора немного отдохнуть и восстановиться.

Люк, помогавший мастеру, выглядел совсем измочаленным.

Да Лиз и сама чувствовала себя не лучше.

Голова раскалывалась, все как-то плыло.

Но, самое главное, ничего действительно стоящего, хоть на первый взгляд, они узнать не смогли. Было разное, мелочи, подробности, но не слишком актуальное сейчас, либо то, что уже знали и так. Вацлав отдавал ей приказы, она исполняла. Принятие земельного закона, выгодные контракты… Лиз могла осторожно найти нужного человека и повлиять на его решения. Но интуиция подсказывала, что где-то глубже скрыто более весомое.

Ковальчик еще отдаст записи своим, пусть попытаются сопоставить, найти заинтересованных лиц, вдруг выйдет что-то интересное. Деталей много, и, может быть, вот так сходу они упускают значимые связи.

Под нижние давние блоки Виткевич пока пробиться не смог. Расчистил по верхам почти все, а вот глубже… настолько прочное и давнее, что почти проросло в сознание, переплелось.

Самые ранние достоверные события, которые смогли восстановить – примерно за год до ее свадьбы с Михаэлем Левандовски. Тогда Лиз была примерно ровесницей принцессы Хелены, ну, может чуть-чуть старше.

Настоящее лицо Вацлава. Впрочем, это тоже пока ничего не могло дать. Молодой мужчина, на вид чуть меньше тридцати, высокий, худощавый, и что-то знакомое в его лице… Виткевич сказал, что покажет его портрет коллегам, может быть, кто-то встречался раньше. И это настоящее лицо мелькнуло лишь однажды, очень давно, еще до свадьбы с бароном. В тот вечер Вацлав вернулся домой крайне истощенный, уставший. Они тогда жили за городом, Вацлав служил… хозяину дома. Кем был этот хозяин, понять было сложно, Лиз почти не видела его, он приезжал редко, по большей части жил в городе. Она даже не знала имени, только «господин». И этот господин не был магом, или, по крайней мере, это никак не проявлялось. Его лицо тоже разглядеть не удалось, все так смутно.