Книга Вдова из Последнего утеса, страница 101 – Екатерина Бакулина

— Не стоит, ваша милость, — тихо попросил Тодд. — Ну, что вы. Не надо… Кейлен. Ну… что…

Тяжело вздохнул снова.

А у нее слезы по щекам. И ничего с этим не сделать.

Всхлипнула.

— Возвращайся.

Зажмурилась.

Он замер, только слышно было, как отчаянно колотится сердце. Как он дышит — напряженно и тяжело. Его ладони на ее плечах… так осторожно.

— Ты так боишься его?

Сазерлана? Да ведь не в этом дело! Хотя и в этом тоже, но сейчас Кейлен совсем не о том думает.

— Я мог бы попытаться убить его, — сказал Тодд, словно оправдываясь. — Но не уверен, что смогу. И если бы речь шла только обо мне… Кейлен, дело не во мне, не в том, что я боюсь. Для троллей кровная месть — не пустой звук. Если не будет меня, они призовут к ответу другого. И если Элмер действительно виноват, то сын за отца… Они придут за ним, сейчас или потом, но придут. Я не думаю, что так будет лучше. По мне, так лучше закрыть вопрос мести сейчас.

От этого только еще хуже.

Он не понимает… Даже не в Сазерлане дело. В нем самом. Она боится его потерять.

Но как сказать такое?

— Возвращайся, пожалуйста, — снова повторила она. — Возвращайся. Ведь надежда есть? Скажи, что есть! Дело не в Сазерлане. Я не боюсь. То есть, боюсь, но я справлюсь. Мы говорили с Макмиланом, я написала письмо королю, что Сазерлан угрожал жизни моего сына. Он сказал, что король примет меры. Говард примет. Отец… Я не знаю… Я не этого боюсь.

Собралась с силами, подняла голову, глядя ему в глаза.

Темно совсем, только в углу горит одинокая свеча, чтобы не искать впопыхах, если ребенок проснется. Глаза Тодда чуть поблескивают… блики от свечи…

Он смотрит на нее.

Долго молча смотрит.

— Возвращайся.

Словно заклинание.

— Кейлен, зачем это сейчас? — говорит он. — Зачем? Я бы пообещал… что угодно пообещал бы тебе, но зависит уже не от меня. Конечно, я сделаю все для того, чтобы вернуться. Я ведь тоже хочу жить, — и фыркает неуверенно. — Зачем усложнять все сейчас? Ты совсем молода, у тебя все впереди. Вот смотри, ты действительно справляешься сама, раз смогла договориться. У тебя все будет хорошо. И все забудешь. Не нужно. Чем больше слез и лишних воспоминаний, тем хуже…

Взял ее руки, с усилием оторвал от себя. На этот раз оторвал. Твердо.

Аарон заплакал. Вот прямо тут проснулся и закричал.

Тодд, уже собравшийся уходить, замер снова.

— Возьмешь его? Споешь? — тихо попросила Кейлен. — Пожалуйста. Посиди немного с нами. Ты ведь сам пришел. Ты ведь зачем-то пришел, только сидел за дверью. Ты хотел поговорить?

И он вздыхает снова. Долго молчит.

— Хотел, — и подходит, берет Аарона из колыбельки, и у него на руках тот сразу затихает. — Прости. Я уже не знаю, Кейлен, как правильно. Я хотел увидеть тебя. Просто увидеть. Я не знаю, что тебе сказать.

Стоит, с ее ребенком на руках, осторожно покачивая, улыбаясь ему, шепотом напевая что-то.

Разрывается сердце.

Кейлен тоже не знает, что сказать, потому что ничего сделать нельзя.

Но вдруг шум за дверью. Быстрые тяжелые шаги. Резкий окрик. И дверь распахивается.

— Опять ты здесь, ублюдок! — Сазерлан. Разбуженный посреди ночи, взъерошенный и злой. — Хватит! Я больше не намерен закрывать глаза, что ты вечно торчишь в спальне моей жены! Взять его!

Охрана стоит.

И Тодд ухмыляется.

— Вы забываетесь, лорд Никлас. Это мои люди, не ваши. Они служат мне. И Кейлен вам пока не жена.