Книга Вдова из Последнего утеса, страница 71 – Екатерина Бакулина

Кейлен молчала. Тут нечего сказать. Когда тебе угрожает тот, кто заведомо сильнее, лучше молчать и слушать, и делать выводы.

— К тому же, — Сазерлан вдруг засмеялся, откинулся назад, разглядывая ее, — ты не думала, что будет, если сейчас ты родишь мальчика, а мне потом пятерых девок? Как знать, а? Может за эти… сколько? Десять-пятнадцать лет я успею к парню так привязаться и поверить в него, что признаю своим наследником. Чего в жизни не бывает? Давай не делать никаких поспешных выводов и шагов сейчас. Расслабься. В ближайшие годы для тебя точно ничего не изменится. А потом… мы как-нибудь договоримся.

Кейлен попыталась встать, но ноги затекли, плохо слушались.

Надо бы в кровать, поздно уже… Надо встать. Позвать Элис, она поможет дойти и раздеться…

— Элис! — крикнула она. — Элис!

Не слышит, наверняка. У кровати есть колокольчик, нужно только до кровати добраться. И как-то все дневные переживания навалились, что не осталось сил.

Но если попытаться встать, хоть немного приподняться, то начинает болеть живот. Не сильно, но так тянет… И если сделать шаг, то тянет еще больше. Но нужно дойти, и тогда можно полежать.

Но если не двигаться, то ничего.

Да что же это…

Если бы Тодд был рядом, он мог бы просто взять и отнести ее на кровать. А так, кого звать? Говарда? Он, наверно, напился от таких переживаний. Вообще-то он не склонен напиваться, но тут такое творится, что Говарда вполне можно понять.

И звать его не хотелось, потому что если придет, то начнет снова… Слушать причитания и наставления хотелось меньше всего.

Она дойдет как-нибудь сама. Ничего, потом полежит и все пройдет. Тут всего-то ничего. Несколько шагов и можно упасть.

— Элис!

Шаг, другой. И вот уже можно опереться рукой о кровать, еще немного и… живот скручивает так, что хочется закричать.

Закусить губу, собраться…

Только заползти немного, поджать под себя ноги и замереть, стараясь дышать ровнее.

Но боль не проходит, лишь отступает немного наваливается снова.

И если бы Тодд был рядом, он, наверно, смог спеть свою колыбельную, остановить, успокоить, но сейчас… Вдруг такая очевидная мысль — это не остановить. Началось. И никто больше ничего не сможет сделать. Ей осталось ходить немногим больше месяца, поэтому шанс есть. Но это ведь не должно быть так… И безумно страшно.

И вот тут как раз вбегает перепуганная Элис.

— Миледи! Что с вами? Что мне сделать? Позвать врача? Я сейчас, я видела Осмара… Миледи…

Осмар не поможет.

Осмар отлично умеет лечить раны, зубную боль, несварение желудка, мигрени даже… но тут он не поможет.

— Элис! — Кейлен схватила ее за руку. — Найди Тодда! Я знаю, он в горах, далеко, но пошли за ним, вдруг он сможет успеть. Без него мой ребенок умрет… — сказала, и у самой сердце замерло. Нет, она скажет, но сама не будет верить в это. Все будет хорошо. — Это очень важно, Элис! Пошли за ним!

Глаза у Элис совсем круглые, огромные от ужаса, но она кивает. Она знает, как Тодд может спеть и успокоить, она уже видела это.

— Да, миледи, я найду кого отправить. Но сейчас все равно позову вам Осмара. Не волнуйтесь, все будет хорошо. Вы очень сильная, вы справитесь! Моего брата мать тоже на месяц раньше родила, и ничего, здоровый как конь, пахать можно. Ничего… Вы не бойтесь, все обойдется.