Книга Созданная для любви, страница 14 – Наташа Мэдисон

— Мам, поменьше рассуждений, – доносится с заднего сиденья голос Кларабеллы. – Лучше поезжай, чтобы я быстрее получила кофе.

— Полностью согласна, – добавляет Пресли. – Достанем кофе, и ей сразу станет лучше.

Когда машина трогается с места, я закрываю глаза, и единственное, что всплывает в памяти, – слова, которые я прочитала вчера. Они сияют, как рекламный щит на Таймс-сквер. Машина останавливается прямо перед входом в помещение для новобрачных, и я открываю глаза. Везде развешаны воздушные шары, а рядом стоит Мэллори.

— Вот, надень их, – говорит Кларабелла, протягивая мне черные солнцезащитные очки.

— Зачем? – спрашиваю я; голова такая тяжелая, будто весит тонну. Моргаю и вдруг понимаю, что в глазах у меня стоят слезы.

— Потому что дерьмово выглядишь, – услужливо сообщает Пресли.

— А нельзя ли повежливее с собственной сестрой? Это ведь день ее свадьбы! – шипит мама на Пресли, а потом смотрит на меня исподлобья. – Дорогая, как насчет очков?

— Вот это да, – вслух говорю я, а потом надеваю очки и покидаю машину.

— Счастливого дня свадьбы, – с улыбкой приветствует Мэллори, выходя из помещения, а потом останавливается на полушаге. – О, дорогая.

— Все будет хорошо, – шикаю я. – Нам просто нужен лед и, возможно, что-нибудь выпить.

Подхожу к двери, открываю ее, делаю шаг и замираю на месте. Мои сестры превзошли себя. С обеих сторон прикреплена белая вуаль, напоминающая занавески. Пройдя чуть дальше внутрь, я вижу в центре комнаты пьедестал, а на нем манекен, на который надето мое свадебное платье. Другие три платья висят позади моего. Фотограф уже делает снимки, и у меня сводит живот. Кажется, меня сейчас стошнит.

— Настоящая красота, правда? – слышу рядом голос мамы. Она обнимает меня за плечи и целует в лоб. – Просто прекрасно. – Единственное, на что я способна, – смотреть по сторонам. Все стены покрыты белой вуалью. В середине стоит мягкая белая кушетка, рядом с которой на белых подставках установлены две огромные белые композиции из цветов. Еще две – на полу по обе стороны от дивана, а рядом стеклянные вазы с водой и плавающими свечами.

— Никогда еще не видела такой роскошной комнаты, – подтверждаю я, рассматривая результаты их труда.

— Доброе утро, – слышу я и вижу, как к нам присоединяется Шейла. – С днем свадьбы, – говорит она, улыбаясь, и я отвечаю тем же. – Эта комната – она оглядывается, – настоящее произведение искусства. – Затем подходит и обнимает меня. – Я так рада за тебя.

— Спасибо, – отвечаю я. Она отпускает меня, а я перевожу взгляд за нее и вижу, что приехали визажисты и парикмахер.

— Итак, народ, – начинает Кларабелла. – Никакой еды в белой комнате. – Затем смотрит на меня. – Пойдем, посмотришь, как мы все устроили в гостиной.

Мы с ней проходим в соседнюю комнату, и там я вижу длинный белый стол с висящими перед ним зеркалами и четыре белых стула.

— Иди переоденься. – Она указывает на ванную. – Все должны быть в халатах. – Никому ничего не говорю, просто киваю и иду в ванную, а когда беру в руки белый шелковый халат, мне хочется разорвать его пополам. Вместо этого надеваю халат, сую ноги в белые атласные тапочки и выхожу.

Вижу, как Пресли разговаривает с фотографом.

— Никаких фотографий, пока ее не накрасят. – Она смотрит на меня, а я оглядываюсь и вижу, как одетая в персиковый халат Шейла подходит ко мне.