Книга Созданная для меня, страница 107 – Наташа Мэдисон

— Я тебя умоляю. – Шарлотта с широкой улыбкой поворачивается ко мне. – С возвращением. В этот раз я тебя спасла, но в следующий – не дождешься.

Кивнув обоим, подношу к губам ладонь Харлоу, которую сжимаю в руке, и целую пальцы.

— Следующего раза не будет.

— Ну, думаю, остальные тоже хотят с нами поздороваться, – напоминает Харлоу. – Или, по крайней мере, спросить, женат ли он. – Она толкает меня бедром и, услышав мой стон, пытается скрыть улыбку.

— Увидимся позже. – Шарлотта откидывается на спинку стула.

Когда мы отходим достаточно далеко, оглядываюсь через плечо. Билли не сводит с меня глаз.

— Видишь, прошло не так уж плохо, – замечает Харлоу, пока мы направляемся вглубь двора.

— Тебе легко говорить, он пялился не на тебя, – бормочу я и чуть не врезаюсь в бегущую девочку с криво заплетенными косичками.

— Тетя Харлоу! – Девчушка расцветает в улыбке и запрыгивает к ней на руки. – За мной гонится Габриэль. Обещает отрезать мне нос. – Она прикрывает носик рукой, явно веря в эту угрозу.

— Я защищу тебя, Элоди, – обещает Харлоу, и я шире раскрываю глаза. В последний раз я видел эту девочку совсем крошкой, только учившейся ходить. Она очень похожа на Уиллоу.

— А ты кто? – Малышка поворачивается ко мне.

— Трэвис, – представляет меня Харлоу.

В это время Габриэль заходит ей за спину и, глядя на меня, выпячивает грудь. Парнишка определенно вырос, сейчас он уже подросток.

— Папа сказал, что ты индюк, – сообщает Элоди, и Харлоу с трудом сдерживает смех.

— А вот и нет, – возражает Габриэль, – он сказал «говнюк».

— Габриэль Макинтайр, – бросает Харлоу, – следи за своим языком.

— Прости, тетя Харлоу, – пожимает он плечами. – Просто передаю сообщение.

— Ну, можно сделать это помягче. – Харлоу целует Элоди в щеку и ставит на землю.

— Как можно помягче назвать кого-то говнюком? – Габриэль складывает руки на груди. Будь у него татуировки, он бы выглядел точной копией своего отца, Итана.

— Например, использовать слово «индюк», – шучу я – ну, по крайней мере, пытаюсь. Габриэль даже выдавливает из себя смешок.

— Вот вы где. – К нам подходит Куинн. – Тебя мама искала, – сообщает он Элоди и заключает ее в объятия.

— Папа, – интересуется малышка, – а «индюк» лучше, чем «говнюк»?

Куинн пронзает взглядом Габриэля.

— Боже. – Габриэль хватается за шею, изо всех сил сдерживая смех. – В оправдание могу сказать, что я просто повторил твои слова о Трэвисе.

— Ладно, хватит, – вмешивается Харлоу, указывая на Габриэля. – Теперь можешь сообщить всем, что он вовсе не говнюк и не женат. – Она поворачивается к Куинну. – А ты следи за своим языком, иначе я скажу маме, что ты ругаешься в присутствии детей. – Потом доходит очередь и до меня. – Трэвис, прости, не думала, что здесь возникнут такие сложности. Но в следующий раз должно быть легче.

— Верь и надейся, – усмехается Куинн, но под ее пристальным взглядом идет на попятный. – Ладно, буду паинькой. – Харлоу складывает руки на груди. – Сущим ангелом.

— А теперь пора поздороваться с моими родителями, – сообщает Харлоу. В ответ выдавливаю улыбку.

— Подумать только, а я не хотел приходить, – заявляет Куинн. – Давайте пойду вперед и отнесу папе Элоди. С ребенком на руках он не сможет его пристрелить.

Издав смешок, оглядываюсь по сторонам, однако все остальные вполне серьезны.