Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 39 – С. Р. Джейн

Я ненавидел ублюдков, которые смеют издеваться над женщинами.

А тех, кто смеет трогать моих, – тем более.

Анастасия пока оставалась единственной в этой категории.

Бросив взгляд на зал, я кивнул сидящим там людям и натянул на лицо расслабленную улыбку – такую, чтобы не вызывать лишних подозрений. Сработало: гости постепенно вернулись к своим блюдам.

А я – к своей цели. К Анастасии.

Сев за свободный столик, я взял меню, делая вид, что изучаю его, хотя в голове снова и снова прокручивал только что произошедшее.

Как она упала… как боль исказила ее черты.

Может, стоит настоять, чтобы она поехала в больницу? Падение кажется несерьезным, но вдруг последствия окажутся хуже?

Нет. Нельзя же просто похитить девушку.

Пока что.

Глубоко вдохнув, я напомнил себе: даже то, что я вообще зашел в этот ресторан, – уже прогресс. Я сидел в грузовике, высматривая, работает ли она сегодня, и именно тогда увидел, как она упала.

Не выдержал – рванул внутрь, чтобы проверить, в порядке ли она.

Часами торчал в переулке у ее танцевальной студии после смены в благотворительной столовой, и с каждой минутой тревога нарастала. Казалось, все уже разошлись, кроме нее.

Когда она наконец вышла, я двинулся следом, затем снова затаился в тени, наблюдал, пытался хоть что-то разгадать. Руки сами тянулись распахнуть дверь, но я сжал кулаки – если бы я появился у нее на работе сразу после столовой, это выглядело бы странно. Сейчас мне совсем не хотелось казаться навязчивым.

То есть, конечно, я следил за ней… но не хотел, чтобы она об этом узнала.

Из-за тренировок и прочих дел мне пришлось отложить расследование деталей ее жизни, которое так манило. Сегодня после завершения всех дел я успел добраться до ресторана и, увидев ее там, почувствовал прилив радости. Наконец-то я смог прийти к ней.

Во время нашей прошлой встречи я пытался убедить себя, что ее совершенство – лишь плод моего воображения, что такой идеал не может существовать в реальности.

Но сегодня, глядя на нее, я снова испытал то же почти религиозное восхищение, что и при первом взгляде на нее на сцене. Даже уставшая, с темными кругами под глазами, – от которых сжимались кулаки, – она оставалась самым прекрасным созданием из всех, что я когда-либо видел.

И еще я понял: моя девочка невероятно добра.

Даже изможденная, работающая на износ, она умудрялась вызывать улыбки у всех посетителей ресторана, стоило ей только показаться в зале. Она остановилась, чтобы перекинуться парой слов с пожилым мужчиной – тем самым, которого я заметил в прошлый раз. Подлила ему кофе, пока его официантка увлеченно флиртовала с компанией студентов, забыв о своих обязанностях. Затем присела рядом с молодой матерью, помогая успокоить плачущего малыша: достала леденец со стойки администратора и протянула ребенку, чтобы тот отвлекся и дал маме спокойно поесть.

Я выпрямился на стуле, когда она снова внезапно появилась в зале: на этот раз толкая перед собой тележку с двумя контейнерами. Она вздрогнула, когда колесо наткнулось на препятствие, и пульверизатор с грохотом свалился на пол.

Неприятно было видеть, как она работает, выбиваясь из сил. Это бесило. Кто-то вышел убрать осколки разбитой посуды, пока она находилась в подсобке – хоть от этой работы ее освободили.