Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 60 – Элен Блио

— Что? – в её взгляде испуг, не ожидала от меня резкости, а я понимаю, что с ней так нельзя. И мне надо учиться говорить с ней по-другому. Не пугая и не обижая. Это пи*дец как сложно.

— Спокойно. Я тебя не ругаю. Просто объясняю. Я мужик. Намёков мы не понимаем. Психологи из нас, в основном, никакие. Нам это всё не надо, понимаешь? Мужчине нужно четко давать ответ на вопрос. Если я спрашиваю в чем дело – ты отвечаешь. Четко. Например – у меня болит голова. Или у меня менструация. Или…– последняя реплика снова окрашивает её щеки алым, – Малыш, я взрослый дядька, я знаю, что у девочек бывают месячные, от этого портится настроение и начинаются истерики. И я даже знаю, что это нормально. Я продвинутый.

— Адам, я…

— Не перебивай. Я еще не всё сказал. Я хочу, чтобы наши отношения были нормальными. Я не собираюсь разгадывать ребусы. Мне нужны нормальные ответы. Что не так с ужином? Почему ты засобиралась вдруг домой, если пять минут назад согласилась остаться у меня в рабстве?

Она молчит.

— Ева, я задал вопрос.

— Ты сказал, наши отношения. У нас… отношения? Или… это на один раз?

Обожаю женщин. Из всей моей умной, рассудительной реплики она услышала только то, что хотела услышать. Слово «отношения».

И что мне ей ответить? У нас просто секс, пока меня это вставляет, а потом я хорошо тебя отблагодарю, и ты пойдешь искать нормального мужика?

И опять мысль о мужике рядом с этой чистой, наивной девочкой вызывает вброс адреналиновой ярости в кровь.

— Ева ответь на мой вопрос. И я отвечу на твой. Что не так с ужином?

— Всё так. Просто я поняла, что уже очень поздно. Моя мама будет волноваться. Я… я не сказала, что не вернусь ночью. И… обычно я так не делаю. Всегда ночую дома. Ну… за исключением того времени, что жила у вас.

— Так…

Об этом я на самом деле не подумал. И прекрасно представляю, что будет твориться дома у Евы если она не придёт ночевать – я сам отец взрослой девушки. И идиот. Потому что напридумывал всякого, не обратив внимание на очевидное.

— Ты можешь позвонить маме и объяснить, что не придёшь ночевать?

Ева опускает глаза, закусывает нижнюю губу, потом смотрит на меня.

— Ты хочешь, чтобы я осталась на всю ночь?

В этот момент мне мучительно хочется, чтобы она осталась на всю жизнь. И это очень хреново.

— Позвони маме, – говорю, сам не узнавая свой голос.

Малышка улыбается, поднимается с кровати стыдливо прикрываясь покрывалом, которое я тут же срываю.

— Так, правило номер один – ты не стесняешься своего тела и ходишь при мне голой, поняла?

Кивает, но убегает из спальни в холл, где осталась её сумочка. Я тоже иду за ней – мой телефон там же, и доставку надо всё-таки заказать.

Выхожу, и слышу голос Евы.

— Ясмина, я не дома… Да я… я объясню…

Интересно, на хрена моя дочь звонит ей так поздно, и что Ева собирается объяснять?

Мне кажется, я сейчас сквозь землю провалюсь!

Ясмина спрашивает, где я, а я… я в квартире её отца! Совершенно голая, и он стоит рядом, тоже… без одежды, и я дико стесняюсь смотреть в его сторону, потому что он, у него, там, он… В общем там все в полной боевой готовности. Опять!

Это… разве так бывает? Я в этом вопросе полный ноль. Нет, не то, чтобы я не интересовалась никогда. Но специально не изучала. Я думала, мужчина может делать это один, максимум два раза за ночь. И всё.