Книга Обмани меня, страница 84 – Арина Ларина

Его губы дрожали.

— Но если ты когда-нибудь передумаешь… если когда-нибудь решишь, что можешь простить меня… что можешь попробовать ещё раз… - он смотрел мне в глаза, и в его взгляде была такая боль, что у меня перехватило дыхание. - Я буду ждать. Всегда. Сколько угодно. До конца жизни.

Он отпустил мою руку.

Отступил на шаг.

— Решай, - сказал он. - Это твой выбор. Только твой. Я приму любой.

И ушёл.

В спальню. Закрыл за собой дверь.

Оставил меня одну - посреди огромной гостиной.

«Я буду ждать. Всегда. До конца жизни».

Я стояла и смотрела на закрытую дверь.

И не знала - что делать.

Уехать?

Вернуться домой, к маме, к нормальной жизни? Забыть его - его руки, его губы, его голос? Забыть всё - боль и счастье, слёзы и смех, ночи в его объятиях и рассветы в его постели?

Я могла.

Могла сесть на самолёт, улететь, начать заново. Найти кого-то другого - обычного, нормального, без безумных традиций и властных матерей. Выйти замуж. Родить детей. Прожить спокойную, размеренную жизнь.

Без него.

Без этого сумасшедшего, невозможного, мучительного счастья.

Без любви, от которой больно дышать.

Слёзы снова потекли по щекам.

Я не вытирала их.

Просто стояла и плакала - тихо, беззвучно. Оплакивала что-то - сама не знала что. Сказку, которая оказалась ложью? Любовь, у которой нет будущего? Себя - глупую девочку, которая поверила в принца?

Или его - сломанного мальчика за закрытой дверью, который любил меня так сильно, что готов был отпустить?

Я не знала.

Не знала ничего.

Только одно - мне нужно было решить.

Остаться или уйти.

Любовь или свобода.

Я смотрела на закрытую дверь.

И не могла сделать шаг.

Ни к ней.

Ни от неё.

глава двадцать восьмая

Я сидела в кресле у окна.

Том самом кресле - глубоком, мягком, обитом серым бархатом - которое за этот месяц стало моим. Где я читала книги, учила корейский, смотрела на город. Где была счастлива.

Колени прижаты к подбородку. Руки обхватывают ноги. Взгляд - в окно, на ночной Сеул.

Город не спал. Даже в четыре утра - огни, машины, жизнь. Неоновые вывески мигали внизу, рекламные экраны на небоскрёбах крутили ролики, которые некому было смотреть. Красиво. Равнодушно. Чуждо.

Слёзы высохли.

Осталась только пустота. Гулкая, звенящая. Как в концертном зале после того, как смолкла музыка и ушли зрители.

Я смотрела на город и думала.

Думала о том, что будет, когда я уеду.

Сяду на самолёт. Прилечу в Южно-Сахалинск. Мама встретит меня в аэропорту - с тревожными глазами, с вопросами, которые не станет задавать, потому что увидит мое лицо и всё поймёт. Обнимет крепко, скажет «всё будет хорошо, детка» - и я буду знать, что она права. Что всё действительно будет хорошо.

Когда-нибудь.

Не сейчас. Не завтра. Может, не через год.

Но когда-нибудь - обязательно.

Я вернусь в университет. Буду ходить на лекции, сдавать экзамены, играть на пианино. Буду гулять с Машей по набережной, пить кофе в нашей любимой кофейне, смеяться над её шутками. Буду жить - день за днём, неделю за неделей. И постепенно - очень постепенно - боль утихнет. Станет глуше. Превратится в воспоминание.

И я его забуду.

Нет, не забуду - это невозможно. Но научусь жить без него. Научусь не думать о нём каждую секунду. Научусь просыпаться по утрам и не тянуться рукой к пустому месту рядом.