Книга Твоё идеальное чудовище, страница 88 – Филиппа Фелье

Что я делаю? Нуждаюсь в тебе, вот что. В прикосновениях. В физическом подтверждении того, что ты здесь. Со мной. Что ты реальна. Что ты выбрала меня не только словом. Что ты моя. А я твой.

Я молча беру её руку и провожу ей по своей груди. Она не одёргивает руку. Только кончики пальцев подрагивают, когда я отпускаю её. Позволяя исследовать мои ключицы и мышцы груди.

Я прикрываю глаза, представляя, как её ладонь опускается ниже. К прессу. Затем к ремню брюк.

Сердце стремится к ней в бешенном темпе. Вся кровь приливает вниз. В штанах становится до боли тесно.

Я не могу сказать слова, что застревают в горле. Хочу, но не могу выдавить их из себя.

«Я скучал. Ты нужна мне. Я хочу тебя. Чёрт, как же я хочу тебя, Мышка».

Но вместо этого я сжимаю зубы и прикрываю глаза. Представляя, как буду брать её в первый раз. Медленно, жадно, долго. В этот момент испытываю адскую жажду. Только хочу не пить, а трахать.

Тонкие пальцы скользят по моей коже. Так нежно, что я готов спустить только от этого прикосновения.

Моя одержимость, мой воздух, мой запретный плод – вот кто она для меня. Всё и сразу.

Если бы её не стало… вместо меня остался бы только монстр. Чудовище, уничтожающее всех на своём пути. Те мрази, что посмели прикоснуться к ней. Дор. Тим. Мне было бы плевать на свою жизнь. Я искал бы смерть. И уверен, что нашёл бы её после того, как окрасил весь город в алый.

Я осторожно беру её за запястье. Направляю хрупкую кисть вниз. Провожу её пальцами по ремню. Накрываю уже горячей ладонью своё твёрдое возбуждение. А сам слежу за её реакцией.

Подрагивающие ресницы. Попытка отвести взгляд. Короткая, неуверенная.

Она не убирает руку. Её пальцы инстинктивно сжимаются. Слабо. Еле ощутимо, а я делаю рваный вдох.

Чёрт. Как же тяжело сдерживаться рядом с ней.

— Я хочу, – мой голос хрипнет как от простуды, – чтобы ты представила, как я войду в тебя.

— Кай, – Мышка пытается убрать руку, но я удерживаю. Не сильно. И она подчиняется. Или просто ей нравится трогать меня. Скорее второе.

Её взгляд опускается вниз. На мой напряжённый пресс и ниже.

Краска снова заливает её щёки. Я улыбаюсь.

— Хочешь, подержать его?

— Я… я не…

— Помнишь, какой он на ощупь?

Мышка делает рваный глубокий. Её губы соблазнительно приоткрываются. Изо рта вырывается горячий воздух с еле слышным стоном. Щёки становятся пунцовыми. Пальцы дрожат.

Да, она помнит. Помнит, и ей это нравится.

Ручка двери поворачивается несколько раз. Стук в дверь заставляет Мышку вздрогнуть. А меня сжать челюсти. Кого там черти принесли? Если это снова Тим, я его придушу.

Сдерживая вздох, я поднимаюсь и открываю.

Встречаюсь взглядом с Доком.

Он быстро оценивает мой вид. Бросает взгляд мне через плечо, на Дарину. Цинично хмыкает и выдаёт:

— Здесь клиника, а не притон, Художник.

— Что надо? – сухо спрашиваю я, приподнимая одну бровь.

— Аким очнулся. Я подумал, что ты захочешь навестить… друга.

Кай

Я закрываю дверь перед носом Дока. Успеваю заметить слегка ошарашенный взгляд, который тут же становится ехидным. Возвращаюсь к Мышке.

— Скоро вернусь, – шепчу ей на ухо, и оно тут же краснеет. – И мы продолжим.

— Кай… – шепчет Мышка, отворачиваясь.

Но я успеваю заметить, как она заливается краской. И вдруг понимаю, что мне нравится её дразнить. Нравится её реакция на меня. До дрожи нравится. То, как она реагирует на меня – с ума сводит.