Книга Твоё отбитое чудовище, страница 36 – Марика Маршалл

Выходим на улицу и идём в дом. С кухни доносится аромат еды, и я направляюсь туда, догадываясь, кого там увижу.

— Мам, ты б отдохнула, – озвучиваю своё появление и торможу, привалившись плечом к косяку.

— Мне только в радость, – обернувшись, улыбается она и внимательно рассматривает моё лицо, словно уже догадываясь, о том что произошло.– Всё?– спрашивает, отложив на столешницу полотенце, которое было у неё в руках.

— Да, – произношу практически одними губами, но она слышит.

— Не кори себя, – произносит мама и подходит ко мне. – Ты жил в аду эти годы, не представляю чего ты натерпелся, – она проводит рукой по моим волосам.– Ты забудешь. Сейчас всё будет по-другому,– нежно улыбаться она, а у само́й в глазах стоят слёзы. – Ева вернётся с нами?– задаёт вопрос, на который я не знаю, что ей ответить. Хочется сказать "да", но я не знаю, что у неё в голове. Жму плечами, мама тихонько ухмыляется. – Она хорошая девочка, сильная, но нежная внутри. Уверена, у тебя получится завоевать её доброе сердце. Ужин почти готов, минут через двадцать можете спускаться, – говорит она и возвращается к плите.

Стою ещё несколько секунд, смотря, как мама хлопочет возле плиты и иду наверх.

В руке зажата сумка с моими вещами, кидаю её на кровать и иду в душ. Хочу смыть с себя этот чёртов день, вот только кровь на моих руках та, которую не видно. И она останется на них навсегда.

Прохладная вода немного приводит в порядок мои мысли, и я иду в комнату Евы, чтоб позвать её на ужин.

Забываю постучать, и, открыв дверь, застываю на пороге, а Ева замирает, стоя возле кровати в одной майке и трусиках. Пожираю глазами стройное идеальное тело. Длинные ножки, накаченная круглая попка, тонкая талия, аппетитная грудь. Она как богиня, которая сошла на эту грешную землю и встретился ей я.

Чудовище, которое не достойно её.

Но вопреки этому, я безумно хочу присвоить Еву себе.

— Адриан, – она хватает полотенце, которое лежало на кровати и оборачивает его вокруг своих бёдер, скрывая от меня, красивое тату на левом бедре и ягодице. Два сердца. Одно уплетено узорами, второе практически обычное. Скольжу взглядом вверх и замечаю ещё одну татуировку на левой лопатке, опять сердечко и одна тонкая надпись на запястье. Шикарные волосы локонами лежат на её спине, глаза распахнуты, малышка кусает нижнюю губу и отводит взгляд в сторону.

— Прости, – прихожу в себя и отворачиваюсь. – Мама просила позвать тебя на ужин, – озвучиваю причину, по которой я вошёл к ней.

— Хорошо, – отзывается она, и я развернувшись уже практически переступаю порог её комнаты.– Адриан, – зовёт меня по имени, и я оборачиваюсь. – Укол, – Ева, смотрит на меня.

Ухмыляюсь себе под нос и, закрыв дверь, иду к ней. Молча смотрю за всеми её приготовлениями и как послушный мальчик подставляю пятую точку, для очередного укола.

— Всё, – произносит она, и я поворачиваюсь к ней. – Хотела спросить, – не глядя на меня, малышка начинает очень неуверенно говорить. – Когда мы вернёмся в город?– задаёт вопрос и наконец-то смотрит на меня.

— Завтра, – отвечаю, блуждая взглядом по её лицу. Ева молчит, лишь слышно, как она громко сглотила слюну, словно немой вопрос, который боится задать или не хочет узнать ответа на него.– Всё кончено, – всё-таки произношу я, глядя на неё. Рука сама тянется к её руке, вытягиваю из неё зажатый шприц и откидываю на комод. Вновь беру её руку в свою, некрепко сжимаю тонкие и холодные пальчики. Вторая рука тянется к её лицу, невесомо касаюсь костяшками пальцев, бархатной кожи на бледных щеках и тону в карем омуте её бездонных глаз.