Книга Твоё милое чудовище, страница 7 – Кира Хо

— Как батя?

— Зол, в ярости, пена у рта, – тяну уголок губ на один бок, падая на кожаный диван.

— Ничего нового.

— Ничего нового, – эхом повторяю, растекаясь по чёрной коже.

Ну, если быть честным, каждый звонок от отца для меня – лютый стресс, потому что он не звонит мне, чтобы узнать, как мои дела. Он набирает мой номер, только если мои люди дали косяка, и вот за это я ловлю полную панамку херов. Да, наши отношения вообще никогда не были “отец-сын”. В детстве это больше напоминало бракованный Шапито, где я – выдрессированный тигр, а отец – тот самый дрессировщик, который бьёт хлыстом просто за то, что я криво улыбнулся, но чем старше я становился, тем радикальнее всё менялось.

Щенок, некровный наследник, ошибка спустившего, бастард, пятое колесо – это все мои имена, данные мне отцом и его ближайшим окружением ещё, когда я был ребёнком. Но вот я вырос, со временем научился улыбаться так, чтобы любой подтекал, а после всем этим гандонам доказал, что хоть я и бастард, однако всё равно достоин своего наследства.

— Нашёл его? – выплываю из собственных мыслей.

— В подвале, – кивает Айко.

Встаю с дивана, скидывая на него метку и смарт, а, после не говоря ни слова, выхожу из кабинета.

Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, что Демон за моей спиной: всегда рядом, правая рука, тень, лучший друг и единственный, кому я могу доверить свою жизнь. А ещё он полностью оправдывает своё прозвище и если Айко реально захочет, никто даже не поймёт, что он рядом.

Подвал встречает сыростью и темнотой. Ненавижу эти два ощущения, но даже с этим научился мириться, потому что жить гораздо проще, когда умеешь адаптироваться.

Глазам требуется немного времени, чтобы привыкнуть к отсутствию освещения, но как только это происходит, слышится слабый щелчок, за которым загорается тусклая лампа на потолке, освещая под собой тело, связанное на стуле.

Парень. Совсем ещё молодой. И умрёт молодым, ведь я не прощаю.

— Быстро ты его нашёл, – проговариваю в задумчивости, оглядывая парнишку, что сидит, свесив голову, и опускаю взгляд к красной лужице под его ногами.

— Нашёл сразу же, как узнал про доставку, – отвечает Демон, а следом слышится всего один шаг. Это он ушёл в тень.

Я же подхожу ближе, и когда носки моих белых кроссовок оказываются в поле зрения курьера, он вскидывает голову. Лицо окрашено кровью, а взгляд не фокусируется, сколько бы он ни пытался.

— Воспользоваться успел? – спрашиваю спокойно.

— Лис? – выражение его лица меняется с растерянного на испуганный, как только он слышит мой голос. – Лис, я не виноват, – быстро-быстро тарахтит.

Завожу руку за спину, достаю из-за пояса джинс пистолет. Тихий щелчок предохранителя звучит, как приговор. А после прислоняю тёплый металл к его лбу.

— Я не это спросил, – устало выдыхаю. – Пользовался?

— Да, – дрожащим голосом отвечает парень.

Мне большего и не требуется: приглушённый звук выстрела разгоняет по венам кровь. Я привыкший лишать жизни и уж точно не один раз слышал, как звучит смерть, но эффект, который производит этот момент… он, сука, ни с чем не сравним.

Некогда живой человек растекается на стуле безвольным мешком, а я наблюдаю, как из его, и без того туманного взгляда, уходят последние крупицы жизни.

— Вызови наших, – бросаю тихо, проходя мимо друга. – Пусть подчистят.