Книга Няня для мажора, страница 87 – Кира Хо

Ничего не вижу, но ощущаю, как пальцы невесомо касаются позвоночника у шеи и плавно плывут вниз. Останавливаются чуть ниже поясницы.

— Раздвинь ноги, — целуя мое плечо, хрипит Романов.

И я повинуюсь.

Рука продолжает свой путь и проникает туда, где все уже пульсирует в ожидании. Демид проводит пальцами, размазывая влагу и срывая с моих губ стон.

— Ти-и-ише, — слегка усмехается, продолжая целовать шею. — Я только начал.

Вторая мужская рука находит мою грудь и мягко сжимает ее, заставляя снова стонать.

— Демид…

Поворачиваю голову на него, но вижу только слишком довольную улыбку. И в этот же момент пальцы проникают в меня. Очередной стон, и я прогибаюсь в спине, поддаваясь навстречу к ним.

Он отстраняется на мгновение, и я жадно ловлю воздух, словно выброшенная на берег рыба. В глазах темно, в ушах звенит, а тело пылает, требуя продолжения. Руки упираются в прохладную стену, но даже это не помогает хоть немного остыть. Губы сами тянутся к его в поисках спасения и нового витка наслаждения. И он дарит мне поцелуй, впиваясь в мои губы требовательно, безумно, придерживая голову чуть ниже подбородка. Его язык проникает в мой рот, завладевая, а пальцы продолжают свою магическую работу, разжигая пожар между ног. До криков, до хлюпающих звуков.

Когда воздуха становится совсем мало, Демид отрывается от моих губ и шепчет:

— Ты такая красивая, когда горишь для меня.

Его слова — как бензин в костер. От них вспыхивает еще сильнее. Я чувствую, как он улыбается моей реакции. Но еще я чувствую, что он дразнит меня, то ускоряя темп, то делая его бесяче медленным.

— Демид, — умоляюще выдаю я.

Бедром чувствую, что он сам уже на грани, а потому дважды просить не приходится. Романов разворачивает меня и, подхватывая под ягодицы, поднимает, впивается губами в торчащие соски, не давая остыть, посасывает их.

Аккуратно кладет на кровать и мигом скидывает всю домашнюю одежду с себя. Слышу шелест фольги, а через мгновение он наполняет меня. Мои стоны уже как привычный звук в этой комнате, но вот его рычание — сок для моих ушей.

Демид становится на колени, возвышаясь надо мной во весь свой рост, и начинает двигаться. Быстро, резко, так, будто ждал этого десятилетиями. Крепко сжимает мою талию, чуть приподняв бедра, не давая ускользнуть.

Чувствую, как каждая клетка моего тела взрывается от наслаждения, как жар разливается по венам, обжигая изнутри. Чувствую, как он доводит меня до предела, как напряжение нарастает с каждой секундой.

А когда я уже не могу сдерживаться, когда мир вокруг исчезает, я взрываюсь в оргазме. Мое тело содрогается, а крик вырывается из груди. Демид рычит в ответ, двигаясь еще быстрее, еще яростнее, и через короткое время он тоже достигает пика. Чувствую, как пульсирует внутри в унисон со мной.

Смотрит на меня в упор, упираясь вытянутыми руками с двух сторон от моей головы. Дышит тяжело. А взгляд туманный, будто не здесь находится.

— Я люблю тебя, — говорю раньше, чем успеваю подумать.

И тут же чувствую, как мужское тело каменеет. Романов медленно моргает. Раз. Второй. Затем так же медленно выходит из меня, стягивает презерватив, завязывает и убирает в упаковку. Ложится рядом. Молча.

Начинаю паниковать.

Крепкая рука проходит под моей шеей и тянет на свою грудь. Перебираюсь и ложусь удобней.