Книга Твоё безумное чудовище, страница 21 – Кристина Миляева

Она открывает. Губы дрожат, слёзы текут по щекам. Я беру её за волосы — мягкие, светлые, шёлковые — и ввожу член глубоко, почти до горла. Она давится, пытается отстраниться, но я держу крепко. Димка сзади задирает ей свитер, оголяя спину, проводит руками по бокам, сжимает грудь.

— Какая нежная, — шепчет он. — Какая сладкая. Мы будем тебя долго-долго трахать, девочка. Каждый день. Каждую ночь. Ты станешь нашей личной дырочкой.

Я кончил от этой картинки, даже не прикоснувшись к себе, просто представив. Семя залило джинсы, дыхание сбилось, сердце колотилось как бешеное. Я лежал на кровати, глядя в потолок, и понимал: обратного пути нет. Мы это сделаем. Мы её заберём.

И пусть потом хоть потоп.

Вечером Димка зашёл ко мне с телефоном в руке.

— Написал ей, — сообщил он. — Назначил на послезавтра. Кофе в том местечке на Арбате, где все эти мажорки тусуются. Она согласилась.

— Отлично, — я сидел на кровати, уже спокойный, собранный. — Дом я нашёл. В трёхстах километрах от Москвы, лес, глушь. Никто не найдёт. Подвал тёплый, есть кровать, душ, всё необходимое.

— Игрушки приготовил? — Димка хитро прищурился.

— Какие игрушки?

— Ну, наручники, верёвки, кляпы. Чтобы наша девочка не шалила.

Я усмехнулся. В его голосе звучало предвкушение, такое же острое, как у меня.

— Всё будет. И не только это.

— Вот и славно, — Димка подошёл, сел рядом, привалился плечом к моему плечу. — Знаешь, брат, я ведь тоже о ней думал. С того самого момента, как увидел в пробке. Просто не говорил, чтобы тебя не дразнить. А когда сегодня подошёл к ней, когда увидел её глаза вблизи — понял: это судьба. Она наша. Только наша.

— Наша, — эхом отозвался я.

Мы сидели так в темноте, два одинаковых силуэта, и молчали. За окном шумел дождь, а впереди нас ждала она. Девочка в розовом «Мини». Арина Соколова. Наша будущая игрушка. Наша пленница. Наша одержимость.

Я закрыл глаза и снова увидел её. Светлые волосы, разлетающиеся на ветру. Испуганные глаза. И тонкие пальцы, которые скоро будут сжиматься от боли и удовольствия, когда я буду входить в неё снова и снова.

Скоро, Арина. Очень скоро ты станешь нашей.

Послезавтра наступило слишком быстро. И одновременно — слишком медленно. Я металась между желанием отменить эту дурацкую встречу и лихорадочным предвкушением, от которого сосало под ложечкой. Два дня я почти не спала: стоило закрыть глаза, как перед ними вставала то сцена в кабинете куратора — широкие плечи, ритмичные движения, Наташины ноги в чулках, — то улыбка Димы, лёгкая, тёплая, обезоруживающая.

Кто из них был там? Дима или его брат? Я перебирала в памяти детали: тот мужчина был жёстким, хищным, сосредоточенным. Дима — расслабленным, игривым. Но они же близнецы. Они одинаковые. И значит, тот, в кабинете, мог быть Лёхой. А мог — и Димой, просто в другом настроении.

От этой мысли внутри всё переворачивалось. Если Дима способен на такую дикую, животную страсть… Если под этой лёгкой улыбкой скрывается тот самый хищник… Что тогда?

— Ты собралась или как? — Катин голос выдернул меня из размышлений. Она сидела на моей кровати, поджав ноги, и с интересом наблюдала, как я в десятый раз перебираю вещи в шкафу.

— Не знаю, что надеть, — честно призналась я.

— Арина, это просто свидание, а не собеседование на работу мечты, — закатила глаза Катя. — Надень то платье, которое на тебе было первого сентября. Ты в нём была офигенная.