Книга Твоё сломанное чудовище, страница 180 – Евгения Ник

Аккуратно помогает снять сначала один сапог, потом второй. В каждом его движении столько интима, что у меня перехватывает дыхание, а к низу живота приливает жар.

Когда он освобождает меня от обуви, я собираюсь сделать шаг, но Ким удерживает меня за щиколотку и мотает головой.

— Подожди, Иль.

И тянется к едва заметной молнии сбоку на юбке, медленно ведёт её вниз. Ткань падает к моим ногам. Следом, с той же уверенностью, освобождает меня от колготок и белья. Прямо здесь, в прихожей.

И это всё, не с необузданной дикостью. Нет, он не срывает, не рвёт на мне вещи. Каждое движение неторопливое. Ким смакует каждый момент, наслаждается тем, что делает. А я… я просто схожу от этого с ума. Никогда не думала, что простое раздевание может быть настолько пропитано желанием, и что в нём столько сексуального подтекста.

— В тебе нет ни одного изъяна, Иль.

— Неправда, – выдыхаю в ответ. – Если ты внимательно посмотришь, то сбоку от моего колена увидишь шрам. В детстве я упала с лошади.

Он проводит пальцами по этому месту и поднимает на меня глаза. Смотрит из-под густых ресниц.

— Это не изъян. Это история. Разве она может быть уродливой? – отвечает с лёгкой укоризной. А потом целует меня в этот шрам, и вся нога покрывается мурашками.

Вздрагиваю.

— Ты прекрасна.

На этот раз молчу, лишь закусываю губу до боли, чувствуя, как всё тело сжимается в приятном и одновременно болезненном томлении. Центр моего желания напряжён до предела, пульсирует с такой силой, что становится практически невыносимо.

Не выдерживаю. Сама снимаю с себя водолазку, завожу руку за спину и быстрым движением отщёлкиваю крючки бюстгальтера.

— Я хотел сам это сделать, – Ким качает головой, усмехаясь. – Моя нетерпеливая Зайка.

Меня бросает в жар от его тона, от его смоляного взгляда, которым он затягивает меня, не обещая, что я смогу выплыть обратно на поверхность. Да я и не хочу.

Больше не хочу никуда убегать. Моё место с ним.

И в этот момент у меня случается срыв.

— Встань, – рублю жёстко, не узнавая собственный голос.

Ким удивлённо поднимает бровь, но улыбается. Покорно поднимается, вырастая надо мной.

Встаю на носочки, обхватываю его лицо руками и кидаюсь на него. Жадно покрываю поцелуями губы, щеки, шею – всё, до чего могу дотянуться. Не стесняюсь и не сдерживаю звуки, что рвутся из груди.

Хочу. Хочу его. Хочу всего.

Он обхватывает меня за талию, сильно сжимает и вдавливает мои бёдра в себя, вынуждая почувствовать, какой он твёрдый.

— Ким… одежда… сними скорее… – судорожно тарахчу, продолжая покрывать его поцелуями.

Но он почти сразу отстраняется, поднимает меня на руки и уносит в спальню. Толкает дверь носком и уже через мгновение я сижу на краю кровати, а он стоит между моих ног, нависая сверху.

— Я хочу, чтобы ты меня трогала, Иль, – продавливает низко. – Чтобы делала со мной всё то, что я делаю с тобой.

Выпрямляется. Стягивает галстук, расстёгивает манжеты, рубашку, ремень…

Когда он освобождает свой член и обхватывает его рукой, проводя большим пальцем по головке, размазывая прозрачную, блестящую каплю, у меня перехватывает дыхание.

Это так красиво, естественно и правильно, что рука сама тянется к нему. Я касаюсь его.

Ким мягко убирает свою руку и накрывает мою сверху.

— Всё хорошо? – спрашивает хрипло.