Книга Твоё сломанное чудовище, страница 39 – Евгения Ник

— Так, Костомаров, – произносит мою фамилию на свистящих. – Мне сейчас некогда играть в игру на повышение. Если ты ещё не в курсе, я занимаюсь тем, что прибираю дерьмо да вами. И твой Кай… дополнительно подкинул мне… одну проблему. Так что, жди до утра.

Типикал Док. Дерьмо. Проблема. Говорит о людях, как об отходах. Возможно, это его профдеформация. А, возможно, он видит мир таким, как и я.

— Я сдохну, – говорю почти без интонации, глядя на платье Зайки. Точнее, на то, что от него осталось.

— Отлично, – звучит в динамике. – Мне меньше забот будет.

Шорох. Сброс звонка.

Медленно убираю руку от уха. Смотрю на треснутый экран, заляпанный кровью. В отражении – моя перекошенная рожа. Бледная. Отвратительно уязвимая. Сука, до жалости.

— Долбаный старый хрен, – шепчу в разбитый экран и опускаю руку с телефоном на пол. – Ты следующий в моём списке трупов.

Картинка перед глазами плывёт. Тошнит. Но выходить из меня нечему. Ну максимум кишки могу выплюнуть. Пытаюсь вдохнуть чуть глубже, чтобы меня реально не вырвало и боль простреливает через всё тело. А потом она отступает, превращаясь в фоновый гул, как шум моря где-то вдалеке. Моя система понимает, что помощь не придёт и отключает ненужные опции. В первую очередь — сознание. Защитная реакция организма, херли.

Последняя связная мысль перед тем, как провалиться в тёмную, вязкую жижу: “Зайка… ты хотя бы успела схватить свой пуховик и обувь? Задницу ведь отморозишь… и передницу.”

И всё. Створки закрываются.

* * *

Просыпаюсь от толчка в спину.

— И тебе с добрым утром, Дорофейка. И тебе… садюга, – бормочу, не открывая глаз. Знаю, что это мой брат и Док. Второго тупо по запаху крови и антисептика чую. Бля, хоть бы душ принял перед выездом к умирающим. Чёртов мясник.

— Говори, где бо-бо? – усмехается Док.

— Рёбра. Слева, – скриплю, пытаясь отодрать себя от пола.

— Ты с Каем погремушки не поделил? – кивает Док, указывая взглядом на порез на моей шее.

Оп! А про это я забыл. Но… Зайка – это мой секрет, а потому говорю на нейтральном:

— Типа того…

Дор морщится, глядя на меня, и отступает на шаг.

— Охренел? – поднимаю на него глаза. – Руку дай мне.

— Ты чё устроил? – шипит брат. – Отец…

— Он в курсе?

— Блять, “ферма” лишилась нескольких сотрудников за одну ночь. Конечно, он в курсе!

— Сильно орал? – вздыхаю и оборачиваюсь в поисках стакана. Пить хочу.

— Сначала – да, потом сказал, что так даже лучше. Типа ему давно эти “корпораты” не нравились. Лишнее общение… Ну ты понял, – бормочет он, косясь на Дока, который уже крутится около меня.

— Хорошо, – немного расслабляюсь.

— Ты всё равно огребёшь, – говорит, сводя к переносице брови.

— Да с хера ли? – вскидываюсь и тут же стискиваю от боли челюсти. Не стоит мне делать резких движений.

— За грязь, что вы развели. Можно было сделать всё… тише.

— Ну вот и сделали бы сами, – кидаю на психе.

Пусть отец только попробует лишить меня бабла в этом месяце.

— Парень, я, конечно, всё понимаю, у каждого свои увлечения, но… – прикусив нижнюю губу, Док, ведёт взглядом и замирает на остатках платья моей Зайки. – Серьёзно?

— Ага, обожаю наряжаться, – роняю без эмоций.

Дор, тоже приклеился взглядом к вещице, что раздражает ещё больше.

— Хватит пялиться. Шлюху я трахал.

— Сегодня, что ли? – брат слегка в ахере вздёргивает бровь. – А рёбра?