Книга Не выйдешь сухой, страница 59 – Лера Титова

— Пробки, — голос Тины. Спокойный, ровный. Ян гордился ею.

— Ты знаешь, зачем я тебя позвал?

— Догадываюсь.

— Ты предала меня. Ты передала Яну информацию о моих людях. Ты сорвала операцию.

— Я не передавала ему ничего.

— Врёшь.

— Не верьте — проверьте.

— Я проверю. Сегодня ночью мои люди войдут в его дом. Они обыщут всё. Если найдут доказательства твоей измены — ты умрёшь.

— Если они войдут в его дом — я убью вас первой.

Тишина. Ян сжал руль. Тина сказала это. Она. Которая боялась Арно годами. Которая плакала, когда передавала конверты в парке. Которая не могла сказать «нет» ни одному мужчине. Она сказала «я убью вас первой».

— Ты изменилась, — сказал Арно.

— Война меняет.

— Это не война. Это бизнес.

— Для меня — война.

— Тогда будь готова к последствиям.

Ян услышал, как Арно встал. Как зашуршала ткань его костюма. Как Тина не двинулась с места.

— Ты пожалеешь об этом, — сказал Арно.

— Уже жалею. Что не сделала это раньше.

Арно вышел из ресторана. Через минуту его чёрный Mercedes отъехал от тротуара. Ян смотрел на удаляющиеся фары, потом перевёл взгляд на окно. Тина сидела одна, смотрела в стену, не двигалась.

Он вышел из машины, пересёк улицу, вошёл в ресторан. Поднялся на второй этаж. Тина подняла голову, увидела его — и не удивилась.

— Ты следил за мной, — сказала она.

— Я защищал тебя.

— Я не просила.

— Ты не должна просить.

Он сел напротив, взял её за руку.

— Ты молодец, — сказал он. — Ты сказала ему то, что должна была сказать.

— Я сказала правду.

— Я знаю. Я слышал.

— Ты записывал?

— Да.

— Зачем?

— Чтобы он не мог сказать, что этого не было. У нас есть доказательство.

Тина выдохнула. Расслабилась. Ян видел, как напряжение уходит из её плеч, как разжимаются кулаки, как появляется улыбка — слабая, но настоящая.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь мы будем ждать.

— Чего?

— Его ошибки. Он совершит её. Скоро.

— А если нет?

— Тогда мы создадим её сами.

Он встал, помог ей подняться.

— Поехали домой, — сказал он. — Я хочу тебя.

— Сейчас? — она удивилась.

— Сейчас. Здесь. В ресторане. В машине. В лифте. Неважно. Я хочу тебя.

— Ты с ума сошёл?

— Возможно.

Он взял её за руку, вывел из ресторана. На улице было темно, холодно, пусто. Он прижал её к стене здания, поцеловал — жадно, глубоко, с языком.

— Ян, — прошептала она. — Люди увидят.

— Пусть смотрят.

Он засунул руку под её платье, провёл пальцами по бедру, выше. Тина застонала.

— Поехали домой, — сказала она.

— Я же сказал — неважно.

— Мне важно.

Он отстранился, посмотрел на неё. Глаза блестели, губы припухли, щёки горели. Красивая. Его.

— Хорошо, — сказал он. — Поехали домой.

Он открыл дверцу машины, помог ей сесть. Завёл мотор, выехал на дорогу.

По пути они молчали. Тина смотрела в окно, Ян — на дорогу. Но их руки были переплетены — её тонкие пальцы в его крупной ладони.

Дома он раздел её сам. Медленно, пуговица за пуговицей, ткань за тканью. Она не сопротивлялась. Стояла, смотрела на него, ждала.

— Ты красивая, — сказал он.

— Ты уже говорил.

— Повторю.

Он взял её на руки, отнёс в спальню. Положил на кровать, лёг рядом.

— Сегодня я буду нежным, — сказал он.

— Ты? Нежным?

— Удивительно, правда?

— Очень.

Он улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему, не холодно, не снисходительно, а тепло, как улыбаются любимой женщине.