Книга Две судьбы. Жить по обмену, страница 9 – Галина Колоскова

— Я взяла академку… — Смотреть в серые умные глаза и врать — стыдно. — Сильно болела.

Савва настаивал:

— Пора восстановиться и учиться дальше. Знания лишними не будут. Тебе скоро вступать в наследство! — Он видел, как девушка бросила затравленный взгляд на жену партнёра. — Я прослежу, чтобы тебе наняли репетиторов. Готовься к осени.

Тихая музыка в гостиной стала навязчиво громкой. Аромат вкусной еды невыносимо острым.

— Зачем ей торопиться? — Лида с хитрой улыбкой смотрела на гостя. — Пусть отдохнёт, наберётся сил. В этом доме Таню обожают. Всё лучшее всегда для неё. Мы сами можем нанять учителей, если посчитаем нужным. Пока не хочет, зачем заставлять? — Тётка с улыбкой змеи смотрела в глаза племянницы. — Так ведь, Танечка, детка?

Она не успела ответить. Ступня Леры выставилась вперёд. Таня споткнулась. Удержаться на ногах помешал пинок в лодыжку. Она согнулась от боли, с ужасом понимая, что натворила. Прежде, чем закуски полетели в сторону гостя, превращая дорогую одежду в разноцветные, жирные тряпки, удалось прошептать слёзное:

— Простите…

Тоня толкнула уже открытую дверь в свою квартиру. И громко прокричала с порога:

— Мам, я не одна! Макс напросился в гости на пирог. Накормим его? Говорит, с утра ничего не ел!

Кулак Макса коснулся носа. Тоня состроила невинные глазки и шёпотом прошипела:

— Я для тебя готова на большее! Всего-то половину пирога съешь и свободен!

В карих глазах сверкнул хитрый блеск:

— Запомни! Обязательно воспользуюсь.

На кухне чашка со звоном ударилась о блюдце. Недовольное ворчание Татьяны Ивановны донеслось до молодых ушей.

— Твою… не ел он с утра…

Макс насупился, а Тоня прыснула в кулак.

— В доме всё стабильно! — Она потянула за руку буку. — Идём руки мыть… — На всякий случай решила предупредить: — Разговор за столом будет непростым, готовься! — Теперь её кулак оказался у хищного носа Макса. — И не дай Бог, выступишь не на моей стороне!

Прятать лицо от матери, знающей на нём каждую веснушку — бесполезно. Она приложила палец к опухшей щеке.

— Это что такое? Уже на тренировках травмируешься? Господи, ну почему ты не выбрала фигурное катание?

— Там ещё травматичней. Ноги, руки и позвоночник…

— Странный способ оправдываться! Пугать тем, чего нет?

— Сколько раз ей говорил. Стряхнут кукушку и руки ноги слушаться перестанут! — Макс с трудом сдерживался, чтоб не заржать. Стоило это сказать, чтобы увидеть выражение лица Тони.

— Правильно Максим говорит! — в кои-то веки Татьяна согласилась с сыном врага. — Завязывай с боксом. Видела вчера объявление, набирают на обучение латиноамериканским танцам! Возраст не имеет значения!

Убийственный взгляд на друга, перешедшего на другую сторону.

— И ты, предатель? — если бы взглядом можно было убить… В голове созревал план мести.

— Мы с Татьяной Ивановной за твоё здоровье переживаем!

— Лучше бы ты о своём позаботился! — сопровождалось пинком по ноге под столом с невозмутимым лицом. Словно Макс сам по себе зашипел от боли.

— Мам, твои молитвы были услышаны! Я еду изучать сальсу… — сделав паузу, Тоня добавила: — В Москву!

Рука с ножом замерла над пирогом. Татьяна с трудом справилась с волнением.

— Это не смешно! — прозвучало излишне резко. Она поджала губы, зная, что с дочерью грубостью нельзя. Любой запрет лишь подогреет желание действовать. Так и случилось. Со свойственным ей упрямством Тоня чуть наклонила голову и выдала безапелляционным тоном: