Книга Вечера на озере близ Рябиновки, страница 68 – Кристина Агатова

— Ох, горе-то какое, горе-то какое! Ну, эти последние были, туда им и дорога!

— Последние?

Сплетница понизила голос:

— Весь поселок знает, что Лешка убийца. Да только законом не доказано, а самосуд вершить некому. Ну, разве что карма их наказала!

Год назад четверо друзей отправились рыбачить на озеро. Отправились четверо, а вернулись трое – Славка, Мишка и Лешка.

Четвертый приятель утонул.

Как мог здоровый трезвый парень, умеющий плавать, выросший на этом озере, утонуть на глазах у троих друзей?

Это звучало, как бред, но парни в один голос утверждали, что он нырнул с борта надувной лодки, едва не перевернув ее, ударился головой о какую-то корягу и сразу же ушел на дно.

Парни пытались вытащить его, но тело зацепилось, а когда кое-как им удалось выволочь бесчувственного друга на берег, было уже поздно. Они и сами пострадали, пока пытались спасти товарища. Кто ободрал руки, кто лицо.

Тело погибшего увезли на экспертизу, но там причину смерти подтвердили, а никакого криминала не обнаружли. На темени нашли следы удара тупым предметом, что соответствовало показаниям свидетелей.

Дело закрыли, парням посочувствовали, девушке погибшего принесли соболезнования.

— И с чего же вы решили, что они в чем-то виноваты? – шепотом спросила Вика, почти перестав дышать от напряжения.

— А с того что каждая собака в поселке знает, что это Лешка его утопил, а приятели помогли и прикрыли засранца. Давно он на Надьку засматривался, а тот ему ни в какую не уступал. А через пару месяцев Надька-то с Лешкой и начала сожительствовать.

— Ужас!

— Срам какой, – кивнула бабушка. – Но законом не запрещено, дело молодое!

Лешка сразу обозначил свои права на Надежду. Еще земля на могиле не осела, как он стал к ней захаживать.

Их часто видели вместе – веселых, как будто и не случилось ничего. К осени они и вовсе потеряли всякий стыд, и Надька переехала к ухажеру. Поговаривали, что призрак убитого слонялся вокруг поселка, да только войти никак не мог.

— Я и сама его видела, ходил печальный, мокрый. Но до границы Переяславки доплетется, постоит и идет обратно на кладбище – тут недалеко. Так оно ж как? Если впустишь – неминуемо жди беды, утянет за собой. Ну и маялся. А тут кто-то, видать, впустил его. Может случайно, может нарочно!

Побледневший Денис сжал в руках ладонь Вики и нарочито равнодушным голосом уточнил:

— А утопленника-то как звали? Или не знаете?

— Да как же не знать, коли на моих глазах Санька вырос? Ионов Сашка! Хороший парень. Добрый, вежливый, всегда поздоровается, улыбнется. И отца его, Ваньку, я хорошо знала. Эх, долгую жизнь мог прожить, а вон оно как бывает…

Бабушка говорила что-то еще, но в голове Дениса все ее слова перемешивались в кашу и превращались в шум.

Он крепко держал руку жены, не в силах поверить, что все происходящее правда.

И те слова, которые утром он услышал от Маргариты Владимировны.

— Ваша жена здорова, совершенно здорова. Вот, видите? Что вы здесь видите?

— Ничего, – мотал головой Денис.

— Верно! Тут – ничего нет! Только то, что и должно быть у совершенно здорового человека!

Она вертела перед ним старыми обследованиями, новыми обследованиями, заставляла сравнивать цифры и снимки.

— Вот, результаты, которые мы получили позавчера. Вот – те же обследования, но сутки спустя. А вот – месяц назад. Этим – неделя. Вы видите? Вы это видите?