Онлайн книга «Мужики воскресают по вторникам»
|
— А как-то можно вычислить такую дозу, чтобы точно знать, когда пациент очнется? — Ну да, грубо говоря, один миллилитр лекарства оставит человека без сознания на час, а десять-двадцать – уже на сутки. Тут, правда, еще и от комплекции зависит. Худенькому надо меньше. — А если передоз? — О, это, кстати, тоже интересно! Передозировка практически невозможна! То есть, от самого препарата человек не умрет. Он уснет и будет спать, пока не умрет от чего-то другого – истощения, обезвоживания, непроходимости дыхательных путей… — Отчего же такое чудо-средство не используют у нас в медицине. Я пока не услышала ничего плохого – одни сплошные плюсы! — Препарат может вызывать сильную зависимость, это ведь наркотик. А еще – отказ почек, тромбоз, слепоту, потерю памяти, импотенцию, – стала перечислять Маринка. — О боже, – побледнел Тарас. – Нет! — Как ты себя чувствуешь? – заволновалась я. — Вроде, нормально, – промямлил он. – Вижу хорошо, пока что. — Да что ж вы такие впечатлительные? – рассердилась Марина. – Может вызывать, а может не вызывать! Его успешно используют в других странах, но у нас он запрещен из-за потенциальных рисков, вот и все! — Надо будет пройти полное обследование, – засуетился Тарас. — Угу, – хихикнула Маринка. – На предмет импотенции проверься в первую очередь! — Хватит издеваться, – остановила я ее. – Со здоровьем не шутят! Получается, Тарас выпил эту чудо-штуку и уснул? — Получается, что так! — Вспоминай, где ты мог угоститься химией, – потребовала я и повернулась к Маринке. – Эта хрень действует быстро? — Несколько минут от приема до отключки, – кивнула подруга. Неожиданно расследование меня увлекло, и я тоже решила помучить Сладчекно. — Ты говорил, что попил чаю и все – провал? Шел, упал, очнулся – гипс? Ты был дома один? — Да, – кивнул он. – Я пришел домой, переоделся, поужинал, потом включил телек, налил чаю. Дальше ничего не помню! — Вот мы все и выяснили! – обрадовалась я. – Значит, эта штука была налита в чайник! Кто мог похозяйничать у тебя дома в твое отсутствие? Может, хозяйка приходила, налила препарата и уехала в Казань, обеспечив себе железобетонное алиби? — Э, нет, – остановила меня Марина. – Препарат полностью разрушается при температуре около пятидесяти градусов по Цельсию. А вода кипит при ста градусах! Даже если в чайнике был только он, то толку бы не было. А еще у него ярко выраженный горький вкус. И вообще, зачем хозяйке травить квартиранта? Можно его выселить безо всякого криминала. Тарас беспомощно потер затылок ладонью и подтвердил: — Претензий у нее ко мне не было, платежи не задерживал, соседей не тревожил. Если бы сказала съехать, то спорить бы не стал. Какой смысл ей меня убивать? С мертвых денег не возьмешь. — Даже если она убивает от любви к искусству – тупо маньячка – то чайник тут точно не при чем, думаем дальше! Ну, – я растерянно посмотрела на Тараса. – И как ты тогда умудрился выпить эту дрянь и не заметить? — Понятия не имею, – так же растерянно ответил он. – Кроме чая ничего не пил. Марина с важным видом подняла вверх указательный палец: — Вы забываете о важном побочном эффекте – потеря памяти! Последнее, что ты помнишь – чай. Но ведь после этого могло что-то произойти, о чем ты уже не вспомнишь! — Если, конечно, ты не морочишь нам головы, – припечатала я. |