Книга Да, мой босс, страница 192 – Виктория Победа

Слава выходит из дома, а я быстро хватаю с вешалки свое пальто, на босые ноги натягиваю ботинки и выбегаю следом.

Не успеваю толком переступить порог и прикрыть дверь, как тут же оказываюсь в стальных объятиях. Только удивленно ахаю, когда он, не теряя времени, прижимается губами к моим. Целует нежно и в то же время настойчиво, тем самым, мгновенно вскружив мне голову.

— Вот теперь доброе утро, — произносит, довольно улыбаясь.

— Я вообще-то зубы не чистила еще, — произношу, а сама на дверь кошусь.

— Не холодно? — спрашивает, осматривая меня.

— Нет, — качаю головой, для убедительности запахивая пальто.

— Пойдем тогда, подышим немного воздухом.

Он берет меня за руку, ведет за дом. Мы направляемся к небольшой беседке, которую папа построил собственными руками. Как только оказываемся внутри, Слава опускается на скамейку и увлекает меня за собой, сажая к себе на колени.

Носом утыкается в мою шею, громко вдыхает и шепчет хрипло:

— Соскучился за ночь, не представляешь, как хотелось пробраться к тебе в спальню, — признается, забираясь ладонью под мое пальто и сразу же ныряя под футболку моей старенькой пижамы, хранящейся в доме родителей на случай моего визита.

— Слава… — выдыхаю, цепляясь пальцами за знакомую куртку, совершенно точно принадлежащую папе.

Вздрагиваю от легкого прикосновения холодных пальцев к груди, тут же покрываясь мурашками, прикусываю губу. Понимаю, что надо бы остановить, запретить, но вместо этого только откидываю голову назад, подставляя шею под горячие поцелуи.

— Малышка моя, самая красивая ведьмочка, — шепчет, неустанно покрывая поцелуями мое лицо.

— Слав, — хватаюсь за остатки здравого смысла, отстраняюсь, заглядываю в его потемневшие от возбуждения глаза.

— Все-все, не буду.

Он улыбается, убирает руку и, коротко поцеловав меня в висок, просто прижимает к груди. И я ловлю себя на мысли о том, что это самый идеальный момент из всех, что можно было представить.

— Мама сказала, что вы забор чинили, — начинаю издалека.

— Чинили.

— И что папа? — интересуюсь осторожно.

— Ну как видишь, я жив-здоров, даже лицо целое и невредимое, — смеется, гладит меня по голове.

— Я же серьезно, — поднимаю голову, заглядываю ему в глаза.

— Так и я серьезно.

— О чем вы говорили?

Слава не сразу отвечает, скользит взглядом по моему лицу, словно изучая.

— О тебе.

— И что ты ему сказал? — мне правда интересно, и очень волнительно.

Мне просто, как-то по-детски, очень хочется, чтобы они поладили.

— Сказал, что с тех пор как ты впервые вошла в мой кабинет, я не в состоянии вытравить тебя из своей головы, — посмеивается, продолжая рассматривать у меня на лице что-то, одному ему только известное.

— Прямо не в состоянии?

Он вскидывает руку, костяшками пальцев проводит по моей щеке и смотрит так, что у меня внутри все переворачивается и пальчики на ногах невольно поджимаются.

— Не в состоянии, — подтверждает.

— Помнится, ты от меня не в восторге был, я еще помню, как ты орал, — не без удовольствия припоминаю ему тот первый день, — выставить хотел, признайся, что тебе просто интересно стало, потому что никто не осмеливался так с тобой говорить.

— Признаюсь, — кивает, даже не пытаясь отрицать, — и я ни на секунду не пожалел о своем решении нанять одну языкастую и весьма очаровательную ведьмочку.