Книга Да, мой босс, страница 37 – Виктория Победа

Ну хоть кто-то.

— Мне совершенно плевать, что подумают ваши гости, мама, — а вот это мне уже совсем не нравится.

— Слава! — одновременно восклицают мать и сестра Смолина.

А я с каким-то неправильным удовольствием наблюдаю реакцию Натальи и ее дочери. Дамочки явно не привыкли к подобному обращению.

— Что Слава?

— Как тебе не стыдно? Ты должен извиниться, немедленно!

— Я? — он отодвигает стул и поднимается на ноги. — А перед Машей вы извиниться не хотите? Или вы забыли, что она тоже гость? Мой гость, мама.

Ой-е. Я вообще-то не из робких особ, но что-то меня начинает трясти.

— Вставай, — он резко поворачивается ко мне, а до меня не сразу доходит, что от меня требуется.

— Что?

— Мы уезжаем, — произносит безапелляционно.

Я пару секунд перевариваю его слова, но тут же вскакиваю, как только слышу привычный рев этого ненормального:

— Маша!

— Извините, — зачем-то извиняюсь перед всеми.

Смолин за это время уже успевает дойти до двери и мне приходится чуть ли не бежать следом.

О том, как все это выглядит, я стараюсь не думать. Пусть этот псих думает, его же семья.

Внезапное шоу, устроенное Смолиным, на несколько секунд вводит всех в ступор. Мы успеваем уже покинуть кухню и дойти до прихожей, когда в спину доносится голос хозяйки дома.

— Слава! Да что на тебя нашло, куда ты собрался?

— В гостиницу, разве это не очевидно?

— В какую еще гостиницу?

— Дорогую и комфортную, — раздраженно отвечает Смолин.

Пока я наблюдаю за перепалкой матери и сына, откуда ни возьмись появляется Станислав Михайлович. В руках он держит нашу верхнюю одежду.

Ну ничего себе сервис. Вот это я понимаю.

— Слава, прекрати немедленно! — Елена Михайловна значительно повышает голос.

— Одевайся, — командует Смолин, не реагируя на мать, и лишь когда я, спохватившись, начинаю натягивать кроссовки, добавляет: — я все сказал, мама.

Женщина продолжает возмущенно причитать, Смолин что-то говорит в ответ, но я уже не вникаю. Просто отключаюсь, погрузившись в себя.

Уже через несколько минут мы выезжаем с территории особняка. Поворачиваюсь к окну, не зная, что еще делать. Пальцами перебираюсь пояс своего плаща. Как-то некрасиво получилось все же.

— Ты как? — со стороны звучит голос Смолина.

Поворачиваюсь к нему лицом, пожимаю плечами.

— Я-то нормально, а вы?

— Я? — вскидывает брови.

— Ну да, вы. Это же не я сейчас с родней поцапалась.

Он едва заметно усмехается.

— Это не в первый раз, я бы удивился, будь иначе. Семейные встречи у нас не задаются.

— Вроде планировалось, что доводить до белого каления ваших родных должна была я, нет?

— Я подумал, что на сегодня яда с тебя хватит. У тебя еще будет возможность себя продемонстрировать, — и вот не пойму, серьезно он или стебется.

— Зря вы за меня вступились, я сама могла…

— Не сомневаюсь, что могла, — перебивает меня.

— Тогда зачем?

— Потому что посчитал нужным, такой ответ тебя устроит?

— Нет, но другого же все равно не дадите, — возвращаю ему выпад в его же язвительно манере.

Бесит меня, конечно, но вовсе не мудак он. Теперь я это точно знаю.

Стыдно признаться, но первым делом после приезда в отель, я завалилась на кровать и вырубилась.

Даже не подозревала, насколько оказалась вымотанной. Должно быть на моем состоянии сказалось все сразу: тут и дорога, и волнение, и напряжение, испытанное при знакомстве с семьей Смолина.