Книга Танец с огнем, страница 241 – Весела Костадинова

— Убьете меня?

Дана просто кивнула.

— Ну так убивайте, — угрюмо ответил он. — Чего ждете-то?

— Не так просто, Марат, — покачала головой женщина.

— Что, — он снова посмотрел на нее, — пытать будете? — и рассмеялся, — вы для этого слишком…. Гордые. Слишком… правильные….

Лоскутов усмехнулся, чуть приподняв брови, скептически хмыкнул Яров, губы Даны дрогнули в усмешке.

— Наивный….

Больше она не сказала ни слова, только выразительно кивнула мужчинам, отдавая немой приказ. Те поняли все сразу и без слов. Четверо крепких рук мгновенно подхватили Лодыгина. Веревкой скрутили его запястья и щиколотки, затягивая тугими узлами. Марат дернулся раз, другой — еще не понимая, что происходит.

— Эй… вы что делаете? — начал он, и в голосе впервые прорезалась паника.

Его рывком подняли с земли и потащили через снег к старому деревянному сараю, стоявшему в нескольких десятках метров от догорающего дома. Марат задергался сильнее, начал орать, выкручиваться, биться в руках мужчин.

— Суки! Отпустите! Что вы творите?! Дана! ДАНА!!!

Но шансов ему никто не дал.

Его крики эхом разнеслись по заснеженному лесу, смешиваясь с треском догорающего дома. Мужчины молча и методично тащили его дальше. Ноги Лодыгина оставляли две глубокие борозды в снегу.

Яров стоял неподвижно, крепко придерживая Дану за талию. Его рука была теплой и твердой.

Когда крики стали особенно громкими и отчаянными, Алексей слегка наклонился и тихо, только для нее, произнес:

— Ты не обязана это смотреть. Если хочешь — мы уйдем.

Дана не ответила, продолжая смотреть в сторону сарая, где уже открылась тяжелая дверь и куда уже затаскивали бьющееся тело Марата. После, заперли двери на тяжелый амбарный замок и подожгли с четырех сторон. Сухое дерево взялось почти сразу, в ночное небо взметнулся новый столб огня.

Дану заколотило от понимания того, что происходит, но глаз она не отвела и уши не закрыла, слушая как кричит Марат, матерясь и плача. Дерево трещало, огонь ревел, а внутри сарая человек корчился в агонии.

Женщина стояла неподвижно, прижавшись спиной к груди Алексея. Ее дыхание стало частым и поверхностным. Слезы тихо катились по щекам, но она даже не моргала. Он только крепче обнял ее обеими руками, прижимая к себе так сильно, будто хотел заслонить от всего этого. Но не пытался ни увести, ни отвернуть.

Вопли Лодыгина захлебнулись, переходя в дикий визг боли.

Лоскутов вздохнул и посмотрел на брата с Даной.

— Он не выберется? — тихо спросила Дана. — Там нет хода или…

— Обижаешь, — ответил Толя. — Парни все там осмотрели. Все, Лех, валите отсюда. Вам обоим в больницу надо, держитесь только на адреналине. Мы тут все зачистим… убедимся, что сдохла тварь…. Да и следов девчонок тут быть не должно, когда менты прибудут. Бери Васю и езжайте. Я скоро к вам присоединюсь.

Яров не сразу ответил. Он все так же крепко держал Дану, чувствуя, как она мелко дрожит в его руках. Наконец он коротко кивнул брату.

— Будь осторожен, — только и сказал он низким голосом.

Потом мягко, но уверенно развернул Дану к себе лицом, закрывая ее от вида горящего сарая своим телом. Одной рукой он осторожно вытер слезы с ее щеки большим пальцем, а второй — поправил плед, укутывая плотнее.

— Едем, — не спросил — велел он ей, подталкивая к машине.