Книга До последней строки, страница 40 – Джулия Хэнли

Мне плевать, что подумает эта шушера, поэтому я бросаю все и как ошпаренный устремляюсь за ней, расталкивая пьяных придурков по дороге. А те повисают на поручнях, ведь им очень интересно, чем закончится этот спектакль.

Я догоняю ее на середине пути, и крепко прижимаю к себе, чтобы попытаться успокоить.

— Вив! Послушай меня хотя бы минуту!

— Почему ты так поступаешь, Эван? — кричит она, задыхаясь от слез. — Ты сказал, что эти дни будешь только со мной. И что же? Бросаешь меня и обжимаешься по углам с этими девицами! Зачем тогда ты вообще предложил все это?

— Ты видела, что я стоял в стороне и не собирался… — оправдываюсь я.

Вивьен вырывается.

— Дело не в девушке, а в твоем отношении! В уважении ко мне! Да, мы договорились, что не будет вопросов и ревностей! Но вместо того, чтобы быть со мной, ты был с этими ужасными людьми! Они унижали меня, а ты позволял им это!

— Прости, — шепчу я, дрожа от ощущения, что прямо сейчас я теряю ее.

— Как я могу это сделать? — спрашивает Вив, стирая слезы со щек, — Я не готова к таким отношениям, Эван. Если это и есть другая жизнь, которую ты обещал, лучше не мучиться и расстаться!

Я чувствую, что она в отчаянии выпаливает из себя все, что было на душе, и ее искренние слова и слезы прошибают меня током в тысячу вольт! А в голове становится спокойно, как в гробу, и вместе с этой тишиной приходит небывалая ясность.

Какого черта я считаю, что заслуживаю Вивьен?

Да, у меня есть к ней чувства и даже был благородный повод увезти ее, чтобы спасти от Уолдера. Но я так и не сделал выводов, не остановился, и как последняя мразь показал ей настоящего Миллера со всем дерьмом и уязвленным эго!

— Эван, скажи хотя бы что-нибудь, — жалобно просит Вив. — Почему ты молчишь? Почему?

В ответ я снова обнимаю ее и принимаю единственное верное решение.

— Прощай. Я надеюсь, ты будешь счастлива.

Я отпускаю ее, и она тут же устремляется к дороге. Без слов. Без оскорблений. Там ее встречают охранники и подводят к машине. Но перед тем, как сесть в нее, Вивьен оглядывается. Я же не двигаюсь с места. А при виде двух красных огней от фар тачки, начинаю разрушаться на миллион частей, и в состоянии шока возвращаюсь на яхту.

В привычную, мать его, жизнь, которая лишила меня последних зачатков разума!

Схватив открытую бутылку виски, я падаю на диван и собираюсь встретить на ее дне утро, но вдребезги пьяный Бак прыгает на соседнюю сидушку и, как всегда, мешает мне очередной безмозглой шуткой.

— Ну и концерт! Брат, где ты нашел это ископаемое? Украл из хранилища музейных редкостей? — громко хохочет он.

Очень неудачная шутка! Нет! Самая хреновая из всех, что можно было ляпнуть в такой момент!

Я больше не думаю. Ничего не чувствую. А только сжимаю кулак и не контролирую свои действия.

Говорят, что стук разбитого сердца — самая громкая тишина на свете, и никакие слова не смогут пробиться сквозь нее…

Это правда, ведь я слышу этот навязчивый звук с тех пор, как сбежала от мужчины, который внезапно стал мне очень дорог, но не сделал ни шага, чтоб остаться со мной. Вместо этого Эван продолжил жестокую игру, не понимая, что каждый миг, проведенный вместе, навсегда останется в моей памяти, в душе и в сердце.

Для него же чувства ничего не значат, а наш побег — лишь небольшое приключение, о чем он говорил мне с самого начала! Просто я не желала слушать, и, как глупая девчонка, поддалась чарам его страсти, веря, что теплотой и искренностью смогу покорить его своевольный нрав.