Книга Океан для троих, страница 141 – Реджи Минт

Морено махнул рукой, и команда растворилась среди мачт и ящиков, прячясь.

Дороти и Морено скользнули ближе к борту, оттуда наблюдать было безопаснее, да и обзор открывался получше.

Дороти спряталась за мачтой, а Морено выбрал укрытием два поставленных друг на друга ящика, на которые были наброшены рваные сети. Позади плеснуло — Саммерс опустил якорь, ни единого раза не звякнув цепью.

Все-таки иногда Дороти жалела, что это не ее команда.

“Каракатица” покачивалась на волнах, повернувшись носом ко всем остальным и прибрав паруса. Выглядела пиратская мечта не ахти. Доски местами вырваны, с мачт сбита латунная оковка, затворы амбразур зачем-то сняты с петель, на носу свалено неопрятной кучей какое-то барахло — обрезки и обломки досок, канаты, бочки, ящики из-под пороха и провианта. Словно на борту побывали воры и сгребли все бесполезное в одну кучу, а где-то рядком сложили ценности. От когда-то сплетенных на бушприте щупальцев деревянной каракатицы оторваны куски. Часть парусов вовсе снята с рей, так что “Каракатица” сейчас при всем желании не смогла бы удрать далеко.

Морено, увидев это из своего укрытия, ругался тихо, но так отчетливо, что Дороти побоялась, что их услышат.

— Морено! Тише…

— Сукины дети… Оторвали заклепки, сняли паруса, ободрали борта! Этот сучий алантийский потрох изуродовал мою бедную девочку… Я его на ремни порежу, а его блядскую команду повешу на рее! Да как он мог!..

— Мог, — прошептала Дороти. — Еще как мог, особенно если искал и не мог найти то, что ты запрятал. Морено…

— Чтоб его демоны драли, твоего Филлипса. Якорь ему в грызло! — тихо отозвался Черный Пес, потом быстро выглянул из-за ящиков, всмотрелся во что-то и с торжествующей улыбкой спрятался обратно. — Два якоря. Не нашел. Говорю ж, куда ему, солдафону!

— Этот солдафон зачем-то стянул на себя всех призраков здешних морей, и нездешних тоже. Что он собирается делать?

— Продавать. Эта гнида привезла украденный товар и позвала покупателей. И теперь он хочет не прогадать с ценой…

Шепот Морено перебил выстрел пушки. Это внезапно ожившая “Каракатица” дала сигнал к началу торгов.

Привычного раскатистого эха у выстрела не вышло — звук словно поймал кто-то в мягкие рукавицы.

Призраки на залп не отреагировали — по-прежнему стояли на якорях, как обычные корабли, только “Лилия” рябила и двоилась, а древняя трирема исчезла на несколько мгновений и появилась снова.

Бригантина так и вовсе выглядела как нормальное судно, и если бы Дороти не помнила, как быстро она может превратиться в корабль из преисподней, вполне могла подумать, что она затесалась сюда по ошибке.

— Чего они ждут? Почему не начинают? — еле слышно спросил она у Морено.

Тот пожал плечами и оскалился:

— Трудно поставить на кон то, чего у тебя нет. Будет блефовать. Ну я бы на его месте точно блефовал — отдать всю “Каракатицу” вместе с секретом он не может, ведь по воде ходить алантийцы пока не научились, а на призрачных корытах далеко не угребешь. Будет трепаться и ждать, пока проклятые сами что-то предложат, — и Морено добавил пару ругательств, характеризующих Филлипса настолько всестороннее, что Дороти засмеялась. Что Черный Пес умел — так это добавить красок.

Предсказание сбылось, но отчасти. На носу у “Каракатицы” возникло движение, а потом там появилось трое — Филлипс собственной мерзкой персоной, мисс Сара Бертон — канонирша, которая так легко обменяла жизнь Дороти на выгоду, и один из гарнизонных капитанов — видимо тот, чью пехотную сотню полковник взял в плавание.