Книга Развод. Ты не уйдешь, страница 6 – Диана Ярина

Но и в браке жить не смогу со знанием, что муж с этой шлюхой кувыркался.

Нет уж, лучше без него. Захочет быть отцом, тем же самым хорошим отцом, как и прежде, препятствовать не стану, а во всем остальном думать надо.

Ну ладно, Оль, не раскисай, что ли, говорю сама себе.

Тем более, одна не останусь. Мама есть, квартира у нее тоже имеется. Там и поживу, пока все решится. Развод через суд — дело не быстрое. Не хочу в квартире с Глебом оставаться, он наверняка и в нашей квартире охотно развлекался, пока я с Тамарой по секциям, да с мелким, то на массаж, то на бассейн.

Ведь было пару раз так, что я приехала, а в квартире — Глеб. Причем, выходит из душа.

Запачкался, что ли? Да нет, подмывался, наверное, после приблуды своей, а мне лапши на уши навесил…

— И-и-ить, хороший человек был, да, Олюша?

Неожиданно в мои мысли врывается голос постороннего. Конечно, не совсем хорошо называть биологического папашу посторонним, но сейчас мне никого видеть рядом не хочется. Ни видеть, ни слышать.

Я, может быть, даже в какой-то степени завидую Глебу — он в свое горе отключился и ничего его не трогает, а мне и погоревать нет времени.

Заботы, хлопоты, организация похорон, бесконечный поток родных, близких, друзей, знакомых, просто соседей, которые приходят выразить соболезнования. И каждого надо встретить…

— Хороший человек говорю был, да? — настойчиво отец повторяет.

Нет, не дадут мне спокойно побыть одной.

— Хороший, бать, хороший.

Папой я его давным-давно не называю. Откровенно говоря, я бы с ним вообще никакое общение не поддерживала, если бы не свекр. Он убеждал, что так нельзя. Какой-никакой, но папаша… Вот и еще одно мучение на мою совестливую душеньку.

Отец в общежитие живет, даже работает где-то. В последнее время выглядит, можно даже сказать, прилично. Прилично для человека, который всю свою жизнь бухает.

Сейчас у него нос покраснел и уши.

— Нажрался тайком? — спрашиваю почти равнодушно.

— Прекрати, Оль. Ну чо ты, все прилично. По маленькой, с армейским другом свата. Пять капель, богом клянусь. Вот покурить вышел, я на эту заразу горькую… смотреть не могу! А как не выпить, если хорошего человека провожать будем? — смотрит на меня пьяненьким взглядом.

— Учти, нажрешься, из дома выставлю. Ты меня понял? Не хватало еще твою пьяную тушу в чувство приводить и стыдиться твоих выкрутасов. Начнешь буянить, вышвырну.

— Оль, я клянусь. Я пять капель всего, ну… И не пью я совсем. Не пью, мне тоже… Тоже горько, ой. А ты чего без шапки и куртки выскочила? — спрашивает. — Простынешь еще!

А ведь он прав. Весной самая обманчивая погода, простыть мне еще не хватало. Для полного счастья.

Приходится вернуться в дом и стойко держаться на роли главы семьи.

Ведь пока я занимаюсь похоронами, Глеб в одиночку накушивается спиртным. Он вообще не в адеквате, и вся организация похорон на мне.

Дай бог, поскорее бы мама приехала, станет чуть-чуть полегче, а пока к вечеру у меня гудят ноги, ломит спину и голова кружится. Мысли зудят, слишком большое испытание для меня.

Даже сил поиграть с Ванечкой нет никаких. Я просто ложусь на кровать, кладу рядом любимые игрушки сына, и он возится рядом со мной. Дочка смотрит мультики, скоро погоню ее купаться.

А у самой нет сил даже привстать.

Кто-то деликатно стучит в дверь. Тетя Лариса, младшая сестра свекра.