Книга Развод. Без тебя будет лучше..., страница 39 – Диана Ярина

— Ревностью взять меня хочешь? А я ведь в ревности страшная, как ведьма… — сверкнув глазами, Таня вновь проворно опускается на колени. — А не боишься, что сейчас ты окажешься в моей полной власти, и я буду делать с тобой все, что захочу?

— Ты тупая?!

Надоело церемониться.

Сделав шаг в сторону, цепляюсь пальцами за руку Тани выше локтя.

— Вон пошла. Стерва. Как ты меня заколебала, сил нет. Пошла на хрен. Вали давай!

— Андрей! — возмущается. — Ты как со мной? Я к тебе по делу… Ты…

— Я тебе бумаги подписал. Давно! Все! С юристом. Что тебе нужно? С липой приперлась!

Быстрым шагом пересекаю помещение, таща за собой бывшую жену.

— Поаккуратнее, ты!

— Аккуратно с тобой не работает. Ты же всюду лезешь. Всюду! От тебя и в провинции не скрыться. Что, моя хорошая, на тебя другие мужики уже не клюют, да? Деньги закончились? Снова счастья у бывшего попытать решила?!

Открыв дверь, выставил ее на улицу.

— На хрен. Живо. Еще раз сунешься, я тебе пинков под зад отвешу, клянусь.

— Андрей, тут дождь! Я без зонта!

— Постой под навесом, пережди. Вызови такси. Тебе здесь не место.

Она

Кажется, этот день…

Просто еще один паршивый день, в череде таких же паршивых дней.

Самое настоящее болото, в которое превратилась моя жизнь.

Почему я решила, что могу выкарабкаться?

Прохожу по своему ряду, спеша покинуть подсобку.

За спиной — голоса. Не различаю, о чем говорят.

В мыслях только одно — нам хоть заплатят?

Или коробка с битой посудой потянет на серьезную сумму? Кто же его знает, посуда для заведений стоит недешево, а если он какую-то фирменную посуду заказывал…

Лицо горит, на глазах набухают слезы. Вот-вот разревусь от досады.

На глаза попадается злосчастная коробка, о которую я споткнулась.

— Милана! Милана, постой, — раздается за моей спиной.

Локтя касаются сильные мужские пальцы.

По голосу узнаю Андрея.

Застываю, еще только разреветься не хватило. Вернее, уже и так плачу, просто показывать свои слезы совсем уж посторонним не хочется.

— Извините, не хотела вам помешать. Я почти закончила, уже ухожу. Вот только там одна коробка с посудой. Кажется, все разбилось. Нужно посмотреть! — выпаливаю скороговоркой.

— Все нормально, куда бежишь?

Андрей обходит меня и заглядывает в лицо, пунцовею, будто школьница, отчего злюсь на себе еще больше.

— Показывай, что там с посудой. Посмотрим. И, в целом… Зря ты так всполошилась. Ничего смертельного не произошло.

Ну да…

— Не хотела вам помешать.

— Напротив.

Андрей размашисто шагает к коробке с разбитой посудой, присаживается перед ней на корточки и вскрывает скотч небольшим ножиком с брелока.

— Не парься, — продолжает он говорить, смотря на картон, а не на меня. — Моя бывшая жена. Давно не появлялась. Наверное, деньги закончились, даже в провинции нашла. Хотя городок такого размаха не ее уровень. Но некоторых так разопрет, что геолокация уже значения не имеет. Извинений от нее ждать не стоит, поэтому я сам приношу извинения за ее беспардонность.

В нескольких предложениях так четко расставлены акценты. Без полутонов. Подобный расклад немного шокирует, честно говоря.

Я будто подвисла, выслушав такие объяснения. Отвыкла от такой прямой конкретики, что ли? Немудрено, ведь Михаил так и не дает ясной позиции: тянет из стороны в сторону, хочет на двух стульях усидеть и всюду остаться хорошим. То угрозами швыряется, то отступает и говорит: забудь, давит на то, что у нас семья, на чувство вины и ответственности перед детьми.